МОР

Не успев сообразить, Лена уже нажала на кнопку открытия двери после этого грозного слова. Спустя пару мгновений она повесила трубку домофона и быстро метнулась в спальню, чтобы поднять мужа для разговора с непрошеным гостем – не самой же ей с ним, в конце концов, разговаривать. Да и вообще, вдруг это Пашка сам чего-то натворил…

Комната была пуста.

– Мама, кто там?

– Дядя милиционер! – по-старинке вякнула Лена, решив припугнуть детей, чтобы они сидели тихо.

«Подлец», – подумала она, решив, что муж куда-то смылся.

Потом она догадалась посмотреть в туалете, но там его тоже не оказалось. Тогда она с поникшей головой направилась открывать дверь совершенно некстати наведывавшемуся участковому.

– Здравствуйте, – произнёс он шибко неприветливо. Его брови были собраны в кучу, вырисовывая глубокие морщины на переносице.

– Здравствуйте.

– Вы… знаете, где Ваш супруг?

– Так и знала! – воскликнула Лена и стиснула зубы от злости.

– Что знали?

– Что натворил что-то, – выпалила она, но тут немного задумалась и с подозрением посмотрела на полицейского.

– Он был дома?

– Да… а что случилось-то?!

Гнев стал перетекать в ещё менее приятное чувство тревоги и нарастающего беспокойства.

– Боюсь, что Вам придётся прийти на опознание.

– Что?..

– Час назад его обнаружили на асфальте под вашими окнами. Свидетели утверждают, что он выпрыгнул из окна. Соседи опознали в трупе Вашего мужа, но требуется…

– Бред… – только и сказала Лена, не разбирая слов участкового.

Она поняла только то, что этот мужик в форме утверждает, будто бы Паша сиганул из окна. Её Паша. Кормилец и отец семейства. Паша, которого она воспринимала как данность и даже не обращала внимания на то, что с ним происходит.

– Елена…

– Мой Пашка? – перебила участкового негостеприимная хозяйка, так и не впустившая его за порог.

Тот промолчал.

Долгие несколько секунд, понадобившиеся для того, чтобы Лена домчалась до окна. Истошный вопль забитой белуги.

Лужи крови на забросанном ошмётками асфальте – само тело уже отправили в морг.

Тело Паши. Её бестолкового Пашки, обрюхтившего её четыре раза и заставившего сделать аборт. Пашки, от которого она родила троих карапузов, с которыми он нянчился и которым менял подгузники. Того самого Пашки, который на руках вносил её вот в эту вот квартиру. С которым они когда-то были счастливы.

Это его кровью залит асфальт под окном. Это он выпрыгнул из него, пока она смотрела свой сериал.