Тетради 1999—2001 годов

В городе – пустота… только люди

и, как опухоль, прием бутылок – кто удит

живых, кто мертвых, но сдачи

нам всегда хватает лишь на то, что оплачем

однажды в кабаке – то ли с похмелья, то ли от скуки —

уже не кобеля, но еще не суки

в холодных беретах, с зонтами наперевес —

испившая нас вода прибавляет вес

каждому слову или это хрип крана,

укушенного под Ватерлоо. Охрана

молчанья негромче ее обертки:

малыш бежит дома – вернее, порки.

«Толика хлеба и буква, и гвоздь …»

Толика хлеба и буква, и гвоздь —

Из мистерий похожа на жизнь только смерть.

Если вервь не равна и ни каждому – твердь

непохожа на тело и глину. Поверь:

пропадешь ни за что ни в какой тридесятой земле,

ни в каком языке, ни с какой из подруг:

между пальцев – как клякса – кокаиновый жгут

или шприц, или блуд – тараканинский шут…

И не выбрал бы имя – но время давно по устам,

да и дно проржавело и сгнило белье,

и весна ковыляет по стертым местам,

призывая святых на позор и на…

Все!

«из змеиных волос соткавшихся глубже любви…»

из змеиных волос соткавшихся глубже любви

или плеч или практики северных вууду ответа

не сказать что и значит не надо в смысле порви

на чужой алфавит ожидание черного света

только в квелой зиме ненадежен искомый вопрос

мы не справимся с кожей стальною иглою апреля

кабаки все крест накрест чтоб остальное всерьез

для отъездов улыбка и передоза для тела

а для грязи моей не сумевшей замолвить спаси

от чужих то щедрот отмывать золотые виски

а холодные пальцы отмерят мерцанием плоть

и безумием верным февральским блажливы пески

отчего бы любовь не наречь своим именем но

в опостыльнейшей схеме сигнал не проходит сквозь руки

значит снова стебаться или бежать за вином

или гнать на пургу и пургу и от черной докуки

хорониться в углах и столах с осторожной невестой

в воронках и воронах в окрошенных тьмой кирпичах

в ожидании памяти смысла или охлеста

из окрестного повода что прозвонил нам в ключах

водяных как игра из предутренней белой росы

из последнего и не сужденного как влажный воздух

от сегодня до завтра не будет до завтра зимы

как глагола без голоса – тонкая озимь и остук

«Я буду рад встрече с вами, но на…»

Я буду рад встрече с вами, но на

этой кухне от Америки – песок и соль,

разъедающие мясо времени, гладь стола,

благодарность с O`K на конце – боль,

значит ближе хаосу слов любви.