Бизнес начинается, товарищи! Книга первая. Год 1992

Сергей покосился в сторону смежной комнаты. Они там.

Антоновна между тем зажгла свет на кухне. В отблеске этого света он с трудом разглядел циферблат настенных часов. А уже седьмой час, скоро пора им и подниматься.

Борщов повернулся набок, свесил лицо с дивана и дышал, как раненый зверь. Вздремнуть не удастся – это он знал по опыту. Да и им, наверное, скоро вставать, все равно не дадут уснуть. Интересно, они тоже изрядно налегали? По состоянию Антоновны не поймешь. Да и Александэр этот показался ему каким-то не нашим человеком.

Увольнение, Татьяна – ну и денек вчера выдался. Почитай, лет десять провел он за изучением Внеземных Цивилизаций. И примерно столько же, нет, плюс три года, проведенных в аспирантуре, не видел он Татьяну.

Попрощался с одним обломком жизни и тут же столкнулся с другим, уже давно дрейфующим где-то в океане памяти. Специально, что ли, судьба подстроила? Выходило, что специально.

За расчетом в бухгалтерию ему предложили прийти через недельку – пока что в кассе денег не нашлось. Стало быть, в Институте сегодня делать нечего. С обходным листком даже и мучить не стали – чего он мог украсть в давно разворованном учреждении? Разве что, две-три книжки в библиотеке, что остались за ним. Да и кому их теперь читать? Народ скоро совсем разгонят, останутся только директор, главбух да завхоз – сдавать в аренду освободившиеся комнаты.

Первая, вчерашняя боль была острее, теперь она утихла, но пришло отчаяние.

И ведь что досадно – ясно же было, чем дело кончится. Ну, неужели нельзя было подготовиться, поискать какое-то другое место? Конечно, ближайшее заведение по поискам Внеземных Цивилизаций имелось разве что, в Самаре, или Владивостоке (если и там еще не разбежались искатели), но ведь можно было бы и здесь найти чего-нибудь по специальности. В конце концов, другое что-нибудь придумать. Он все же физик по образованию, какой-никакой…

Все надеялся пересидеть до лета – а там как-нибудь само все образуется.

Не образовалось. Не пересидел.

Сквозь закрытые веки (уже было почти светло) показалась ему тень. Жена шепотом будила Наську.

Видеть сегодня Татьяну не было никаких сил. Они – такие цветущие и деловые, а мы с Антоновной – такие нищие и затюканые. На стол-то случайным гостям поставить нечего.

Дочь, поворчав, заскрипела раскладушкой.