Бизнес начинается, товарищи! Книга первая. Год 1992

– Лондонская быржа минус пять процентов.

– О! А почему на Комбинате не берете? Там ниже лондонской…

Старший риторически пожал плечами. Взять что-то на заводах без связей было невозможно. А брать взятки у чужих заводчане еще побаивались.

– Ладно, у меня там есть человечек… – молвил Орликов.

Никакого человечка у Тимофея не было, но он надеялся, что будет.

– А вообще-то я по вопросу пчелиного яда и желчного камня, – добавил Тимофей.

– Это Гэоргий, да. Он хозяын. Я – по мэталлам.

– Металлы – это тоже наше, – важно сказал Тимофей.

 – Есть вагон арматуры. Два.

– Цена?

– Договоримся. Можно брать алюминий, медь… Лонжероны! – вспомнил он.

– Есть, есть, – закивал Старший и полез в карман за визиткой. – Ланжерон нада…

Тимофей тоже достал три визитки и раздал хозяевам – Старшему, тому, что открывал им дверь, и Гогии, который разливал водку. Не отстал от Орликова и Загузин И. А. Своими визитными карточками тот тоже одарил присутствующих, причем каждого.

Не успели поднять по второму стакану, как раздался стук в дверь.

Открыватель дверей скрылся в прихожей. И через некоторое время вернулся:

– Гэоргий.

Тимофей привстал.

В комнату вошел до боли знакомый южанин в дорогом двубортном костюме, со слегка помятым галстуком и лицом. За спиной его стояли две кожаных куртки.

«Будут бить?» – предположил Тимофей.

***

Тем временем Леонид Алексеевич любовно читал собственноручно раскрашенный Боевой Листок. Двадцать экземпляров удалось растиражировать на директорском ксероксе.

Аппарат был старенький, практически довоенный, копии вышли скверные, слепенькие и размазанные – пришлось кое-что усилить фломастером. Четверть листка занимал портрет Кандидата в Депутаты – И.А.Загузина. Майор притащил фотографию пятнадцатилетней давности и никак не соглашался заменить ее на более позднюю.

«Это же обман избирателей!» – попытался урезонить его словесник.

«Я в душе такой!» – упорствовал военрук, – «Видел, какие портреты подсовывают избирателям конкуренты? То-то же!»

Правда, после ксерокса фото вышло такое, что Загузину можно было еще и лет десять накинуть – ввалившиеся щеки, впалые глаза, трехдневная щетина.

Майор был запечатлен в чине младшего лейтенанта, и пришлось редактировать погоны. Ксерокс же выдал и вовсе генеральские. Колонтитул листовки означал: «Пролетарии и бизнесмены – соединяйтесь!», а более мелкими буквами: «Орган печати избирательного штаба».