Сабрес. Истории со Святой земли

Выйдя из такси, она сразу же столкнулась с чернокожим служащим, почти неотличимым от того, который провожал её в «Эксельсиоре».

«Черт, не галлюцинации ли у меня? Может я вернулась обратно к Энрике?»

– Давайте чемодан, мисс, я вам помогу.

– Погодите, – сказала она, – мне нужно такси.

– Вы же только что отпустили такси.

– Мне нужно ещё одно.

– Хорошо, хорошо, вот стоит рядом.

И Эли повторила манёвр, сменив и эту гостиницу на случай, если Энрике начнёт искать её. Был уже час ночи. Еле живая от усталости и переживаний, Эли повалилась спать.

Её утреннее настроение она сама назвала похоронным, так говорил её дедушка. Ещё бы. Она наговорила маме гадостей по телефону, защищая подлеца, который ей же и изменил. Прежде чем спуститься к завтраку, Эли не нашла ничего лучшего, как вынуть из мини-бара пару маленьких бутылочек водки и, не закусывая, осушить их. Потом села на незастланную гостиничную постель и закурила, стараясь так заглушить боль двух разрывов.

В ресторане сидела отрешённая, автоматически пережёвывая еду.

Вдруг к её столику подсел темнокожий мужчина. Он заговорил с ней, пожелал доброго утра и представился: Николас, Ник.

– Сегодня вечером в гостинице будут музыка и танцы.

Видя, что она не откликается на намёк, он прямо пригласил её.

– Ник, спасибо, но у меня не то настроение, чтобы идти на танцы. Да я и не уверена, что хочу провести этот вечер с вами.

– Я и не настаиваю, чтоб со мной. Будет немало моих знакомых, так что вы сможете выбрать любого, если захотите, разумеется.

– Хорошо, я подумаю. До свидания.

Эли, не допив кофе, вернулась в номер. Днём она занималась своим билетом, отложив полёт на несколько дней. Долго набиралась смелости, чтобы позвонить маме.

– Мамочка, извини меня за грубость, – сказала Эли. – С Энрике всё кончено, так что ты, как всегда, права. Расскажу подробно, когда вернусь. Со мной всё нормально. Я хочу ещё немного побыть в Сан-Франциско.

После обеда она спала, не раздеваясь, и проснулась уже затемно.

Умылась, включила телевизор. Взглянула на часы, и вдруг вспомнила утреннее приглашение на танцы. Через двадцать минут начало.

А почему, собственно говоря, нет? Она хочет продолжать наслаждаться жизнью! Друг изменил ей, а у неё есть полное право изменить ему. К тому же, до отлёта она должна пробыть несколько дней в этой гостинице. Неужели ей нужно умереть с тоски в таком прекрасном городе?

И ответила сама себе тем, что быстро сбросила одежду и прыгнула в ванну.