Иней души… Сборник стихотворений

Грустно…

Чу!-ветер! Хруст. И место стало пусто…

В манере дятла…

В манере дятла, ветка бьёт по ветке.

Всё просто, метко , важно. Небо в сетке

Фарфоровой натруженной эмали,

Чьей жизни – на глоток. Поверх – едва ли,

Играет ветер горстью липкой пыли,

Её с сосны дожди случайно смыли.

Трава измята, слизень, жук, цветочек…

Лизнёт мышонок бурый пень, листочек,-

И сыт, и весел. Всем вокруг доволен.

Пока способен, так, на поле воли.

Нетороплива жизнь под негой снега,

Коровка божья посреди забега

Зевает, мёрзнет, медлит… Засыпает!

Всё это так.

Слеза дождя, держась за ветра лонжу,

Снежинкой – на ладонь. Неосторожно…

В прострации

В прострации тесно от мыслей и грусти,

Там хор на эмпорах несчитанных звёзд,

А пустошь к себе никого не подпустит,-

Лишь вереск и мхи. Ни дубов, не берёз.

Опустится долу накидкою мака

Дороги железной гравийный откос.

Вся жизнь из препятствий, намёков и знаков.

Понятий которых ещё не дорос.

Весенняя метель

Сдаётся, мне привиделась весна.

Со сна природа ею показалась,

Но отказалась быть собой она.

Возможно… вероятно,что зазналась.

Сугробы по колено, ветра вой,

С испугом дрозд теснится к некой круче…

Лишь накануне та была собой,-

Кустом зелёным. Ярким и пахучим.

А ныне всё остыло и бело.

Всё! Что цвело, благоухало или пело,

Тяжёлым снегом споро замело.

Так, как весна умеет – неумело…

Видения

Пни, что лежали вдоль дороги,

как черепа, единороги

Их побросали в те века

Когда нуждались в том.

Их жалость мучила. Как сбруя.

И в радуге полдневных струй

Им жажду было утолить

Так просто, как воды испить

Нам из гранёного стакана,

Но рано утром. Позже – странно

Искать той радости глоток.

Сосновой стружки завиток

И кружки толстый край – губами,

Да лист калины пусть пристанет

Своей морщинистой рукой,

Даруя долгий непокой…

Вне игры…

Неон холодных светлячков не он.

И стон немой произнесён не мной.

И двери ночи приоткрыл просвет.

Ты о любви не говорил? Да нет.

На фоне розовых монет зари,

Пятак серебряный луны горит.

И негатив того, что внял в ночи,

О том он нам не рассказал. Молчит.

А грусти голос, как терновый куст.

Он вял и мягок, безнадёжно пуст.

Чем тише он, тем жёстче встреча с ним.

Мы любим мало, чаще лжём и мним.