Дальний свет. Ринордийский цикл. Книга 3

Правильно, об косяк её со всего размаху!

Китти чуть усмехнулась:

– Истерик.

3.

Вечер был закреплён за студией – пусть не для главного канала, но эфиры никто не отменял. После Китти задержалась передать инструкции на завтра Павлику, своему коллеге: он очень старался, но по неопытности вкупе с обострённым чувством ответственности обязательно где-нибудь портачил. Домой она вернулась ближе к ночи.

Мама ещё не ложилась, заканчивала возиться на кухне.

– Китти, тебе там пришло что-то, – она между делом кивнула на пачку бумаг на столе.

– Спасибо.

Квитанции, какие-то старые извещения, потерявшие всякий срок… Между ними заслуживал внимания белый запечатанный конверт. Китти оглядела его: никаких надписей. На ощупь – открытка или фотография. Китти осторожно вскрыла конверт и вытащила фото.

Вольдемар Замёлов, сразу после своего убийства.

Внешне невозмутимо, Китти внимательно рассматривала снимок. Тут надо бы понять; по возможности припомнить всё, что имеет отношение.

Она помнила… Тогда тоже был октябрь, и она тоже возвращалась около полуночи… Впрочем, нет – ещё раньше, за несколько дней, Замёлов заглянул в приёмную, Китти как раз составляла плановый отчёт.

Замёлов замешкался на мгновение: ясно было, что её присутствие здесь не входило в его планы. Однако уже в следующую секунду он сделал вид, что это всё равно и ничем не мешает, Китти точно так же сделала вид, что слишком поглощена бумагами, чтоб обратить на него внимание. Когда вместе работают естественные враги, надо уметь проявлять деликатность.

Окно от секретарского стола заслонял небольшой, но широкий фанерный шкаф с папками (сквозные просветы заставлены традесканцией). За этой перегородкой и скрылся Замёлов. О шкафе напротив стола – в лаковых дверцах всё отлично отражалось для Китти – он, видимо, позабыл.

Замёлов прошёл к окну, бдительно бросил взгляд по сторонам, перед тем как достать бумагу. Достав же, быстро пропихнул её в крупную угловатую шкатулку, что стояла на подоконнике, – в щель между крышкой и задней стенкой.

Бумага стукнулась о дно с отчётливым хлопком. Такой бы Китти услышала, даже если бы и вправду работала, не отвлекаясь. И, поняла она, Замёлов знает, что она услышала.

Вернувшись из-за перегородки, он деланно игриво облокотился о стол Китти, поинтересовался, чем она занята (не забыв о том, как мило она выглядит сегодня). Китти, столь же искренне улыбаясь, отвечала нечто вежливое и маловразумительное, когда в приёмной вдруг появилась Нонине.