Большая зона. Книга 2. Ироническая проза

Буфетчица на судне – это лицо, приближенное к императору, допущенная к его секретам и имуществу в виде представительских запасов и деликатесов. Не как правило, но зачастую, она – его утеха… Не любовница, нет. Любовница – это все-таки какие-то чувства. А утеха – это когда долго в море и много водки…

Старпом с Первым всегда подбирают буфетчицу исподволь, учитывая нрав, вкус и пожелания Мастера… Ибо от этого выбора зависит многое и даже их собственное реноме на судне… Бывает и такое, что судном управляет уже буфетНица, а не Сам, попавший ей под каблук…

Капитан Сергей Чернега не был Раскольниковым, напрямки за топор не взялся, и… безропотно согласился… с требованиями (судя по тону разговора!) Сони… Да, да – отныне не Софьи Абрамовны, а Сони – в глаза и «Соньки-бля», за глаза… Фамилию ее сократили наполовину, для краткости, хотя сокращение в любую сторону звучности ей не придавало!

Утехой Соня (она требовала, чтобы ее величали именно так, без отчества, молодилась) для капитана не стала, капитан Чернега был не тот человек и свою семью и свою репутацию семьянина ценил высоко, но буфетчицей, отличной экономкой и хозяйкой его каюты Сонька стала.

Однако, в кают-кампании Соня была груба, на комсостав покрикивала, не взирая на лица, а своих коллег – Ж.О.П. – женский обслуживающий персонал – она не ставила ни во что и откровенно хамила.

Никто не мог понять, почему капитан Сергей Чернега, умный, интеллигентный человек приблизил к себе эту хамку и не выгоняет ее…

Догадки, конечно, – были, поскольку не было на судне, практически, ни одного члена экипажа, кроме Ж.

Об этом знал и первый помощник капитана, но предъявить претензии в ростовщичестве он не мог: Сонька не требовала проценты! И… сам, Первый, тоже занял когда-то деньги у Соньки на строительство дачи и до сих пор отдавал ей долг, оставив аттестат в бухгалтерии.