Небеса подождут

Всю жизнь я смотрела на мир сквозь розовые очки, но теперь наступил момент, когда они треснули и разбились на мельчайшие осколки. Что же оказалось в итоге за этим стеклом? Разочарование. Я поняла, что на самом деле мир не такой радужный, каким я его себе представляла. Он полон жестоких и злых людей, полон страданий, горя и несправедливости.

Порой я сама не узнавала себя. Когда-то я могла получить удовольствие даже от утренней прогулки, и это вполне могло послужить для меня методом релаксации. Но теперь наступил момент, когда для успокоения мне нужна была целая бригада психиатров.

«Хотя какая бригада психиатров? Не всё так просто, как кажется. Как я расскажу хоть одному человеку, будь он и близким, что со мной произошло? Ведь мне очень стыдно! Я стыжусь сама себя! А тут взять и информировать ещё одного человека, в глазах которого ты будешь потерпевшей и осквернённой… грязной, мерзкой?! Я себе этого не прощу и буду испытывать ещё больший стыд до крышки гроба. Буду ненавидеть себя ещё сильнее всю свою жизнь.

Ненавидеть за то, что рассказала, этим самым опозорилась», – рассуждала я, кусая потрескавшиеся губы.

На самом деле я была бы рада обратиться к психологу или психиатру. Единственное, что меня останавливало – это чувство стыда.

Очень тяжело, когда мучаешься из-за личных вещей, о которых даже нельзя никому рассказать. Просто держишь всё в себе и поедаешь себя изнутри.

К лицу было невыносимо прикасаться, ибо оно было в ужасном состоянии. Синяки опухли и сильно болели.

Думаете, я, придя домой, сразу кинулась к зеркалу? Нет, я не хотела видеть в зеркале девушку, которую изнасиловали. Не желала видеть неудачницу с изуродованной внешностью. Меня преследовало отвратительное ощущение: словно меня с головой засунули в помойку, опустили ниже городской канализации, вытерли ноги и выбросили, как ненужный мусор.

Я казалась себе мерзким существом, недостойным права жить. Для себя я стала изгоем.

***

Представьте красивый, белоснежный, без единого пятнышка или складки платочек.

Платочек, до которого ещё никто не дотронулся и не воспользовался им. Но потом случилось так, что он попал в небрежные руки. Его порвали, скомкали и бросили в грязную лужу, как ненужный мусор. Теперь это уже был не белоснежный платочек, а тряпка. Грязная, рваная, скомканная и выброшенная в лужу тряпка.

Я чувствовала себя тряпкой. Да, именно тряпкой, что валяется на грязном асфальте и постепенно покрывается плесенью.