Небеса подождут

Несмотря на то, что по специальности она была хирургом, про оказание психологической помощи она всё же не забывала. Огромное ей за это спасибо. Однако я была настолько ранена психологически, что её ласковое обращение практически не помогало. В основном ничего не менялось. Да и я будто чувствовала, что с каждым днем её отношение ко мне меняется не в лучшую сторону.

«Завтра, наверное, она будет считать меня противной девкой и смотреть на меня с брезгливостью. Это у неё со всеми пациентами так? Сначала ласково, а потом с неприязнью… странная женщина», – пришла я к выводу.

«Нет, это скорее я странная. В последнее время я всё себе накручиваю: глупые проблемы, лишние подозрения, беспокойство», – сотни мыслей пролетали в моей голове.

Мне хотелось быть лишь в своём мире – том, что внутри меня, но он был уже не такой радужный, как прежде. Там было тоскливо и больно. Невыносимо. Если сравнивать эти два мира, то, наверное, тот мир, что снаружи, будет лучше, чем тот, что у меня внутри, ибо хуже, чем у меня внутри, и быть не могло.

– Вы можете прийти и навестить дочку завтра! – сказал доктор моей маме. Мне дали время на сон.

Я узнала о том, что на следующий день придёт следователь по делам несовершеннолетних. Они поняли, что я являюсь жертвой изнасилования – и это стало последней каплей для меня.

***

Я находилась одна в помещении и отчаянно пыталась открыть окно, чтобы сбежать до прихода врачей, но, к моему большому сожалению, ни одно из окон не открывалось.

Меня переполняли ярость и отчаяние. Большой ком в горле мешал мне дышать. Почему-то я как раз ждала того момента, когда он всё-таки перекроет доступ к кислороду. Ибо мне не хотелось жить…

Смогу ли я вам передать словами весь тот ужас, который творился в тот момент у меня внутри? Вряд ли. Это было похоже на сильнейший нервный срыв. Я чувствовала себя самым несчастным человеком на свете, и мне казалось, что мне нечего терять, даже если я покину этот мир.

Спустя некоторое время мой взгляд упал на забытые врачами медицинские инструменты, разложенные на столе рядом с выходом.

Ножницы были единственным, чем можно было порезаться.

Я переводила взгляд то на руку, то на ножницы… руку, ножницы…

Алые капли крови потекли из моей бледной руки. Я старалась задеть вену, но у меня ничего не вышло. Меня трясло.

Внезапно раздался резкий звук грома на улице.