Тень безымянного

Мне – под небом звездным

бархатную ночь,

мне бы – утомленных

ненасытных утр.

Лезь, побег зеленый,

сквозь решетку внутрь.

Быть ли страсти? Или…

Мне одной решать,

знаю, слеп как филин

старый сенешаль.

Шехерезада

На краю изысканного ада,

Каждый день рискуя головой,

Выплетает сказ Шахерезада.

Может быть, останется живой?

«Что тирану слезы и молитвы?

Красота – как свечи на ветру.

В нем одном и бог, и дьявол слиты.

Ошибусь – и поутру умру.»

Удалось смягчить владыку словом.

Повезло. Спасла и спасена.

Но надолго ль? Зло многоголово

И легко обходится без сна.

Сколько ж слов на ветер бросить надо,

Чтоб сдержать, направить и помочь?

Речь ведут во тьме шахерезады.

Не спеши. Им казни не пророчь.

В пещере горного короля

В пещере горного короля

лежат алмаз и простой булыжник.

Угрюмый викинг, мозги заголя,

орет: – Выходи, на меч свой нанижу!

Он слышал сказки не раз про алмаз,

Бояться булыжника – много чести.

Чернеет зловеще широкий лаз,

Хотите – смотрите, хотите – лезьте.

– Нет, в дырку, согнувшись, – не мой подход!

Боишься, раз выйти на бой не хочешь.

Давай, не сидеть же тут целый год?!

А день успел замениться ночью.

Выходит дева: луна в косе,

Блестит словно звездное небо, платье.

Тут даже викингу окосеть.

Задор боевой заменен на «взять бы…»

В одной руке у красы лесной

Алмаз блестит, в другой – булыжник.

– Иди же… ближе… присядь со мной…

Ну что ты медлишь… Иди.

Какой алмаз? Позабыт алмаз.

Булыжник? Видно, соврали люди.

– Иду. Отвести невозможно глаз.

Ты будешь моей. И будь, что будет.

В пещеру горную лик зари

Взглянуть хотел бы, да не пускают.

Рыдания слышатся изнутри,

Снаружи – у трупа черная стая.

Надушенным платочком

Надушенным платочком

Прикроюсь от беды,

Прошла лихая ночка,

Растаяла, как дым.

Свеча рыдает воском,

Смят грубо мягкий плед,

Рассветная полоска —

Как плети алый след.

Фата тумана тает,

Покинут сладкий рай,

Летит по небу стая,

Вороний слышен грай.

Пророчат горе птицы,

За счастье платой – честь,

Слезам пора пролиться,

Не спать, не пить, не есть.

Возмездие разверзнет

Зев смрадный до пупа.

Шаг в коридоре мерный…

О, как же я глупа!

Над лохматой лесистой горой

Над лохматой лесистой горой

Встанет солнце,

После тысячи грязных дорог

Он вернется.