Ученица боевого мага

При виде его девушка удивленно привстала, но потом спохватилась, поплотнее закуталась в простыню и только потом осторожно выглянула на улицу.

Там, разумеется, было темно. Разбитый вокруг лечебницы парк, конечно же, пустовал, потому что для романтических прогулок при луне было еще рано, а для визитов вежливости уже поздно. Но девушка все равно настороженно оглядела кусты, которые скрывали от взгляда спрятанную в зелени тропку, и едва не вздрогнула, когда оттуда донесся тихий свист.

– Айра?

Девушка, узнав голос, удивленно отпрянула.

– Бриер?!

– Ага, – одетый во все черное парень осторожно выглянул из-за куста и лихо подмигнул. – Тебя так долго не было на занятиях, что я забеспокоился. Как ни приду, тебя нигде не видно, и, что самое ужасное, никто толком не знает, где ты вообще! Я уж хотел спросить у кого-нибудь из ваших, но вчера учитель обмолвился, что ты здесь, вот я и решил узнать, что стряслось.

– Что ж ты у него не спросил, в чем дело? – сухо осведомилась Айра.

– У него спросишь… Ты как? Живая?

– Как видишь.

– А что случилось? Перестаралась с чарами?

– Можно и так сказать, – у нее похолодел голос, а в глаза вернулось прежнее бесстрастное выражение, которое Бриеру очень не понравилось. – Ты как сюда попал?

– Да пустяки, – отмахнулся юноша, выбираясь из кустов. – Учитель в оранжерею отправил за одной травкой и велел без нее обратно не приходить, но забыл, что наша грозная травница уехала в Лир и до ночи не вернется. А я что? Я ж послушный: остался ее ждать… ну, и заодно досюда добежал.

Все ж не другой конец света, можно и успеть обернуться, пока она не заявится.

Айра качнула головой.

– Зря. Если господин Лоур узнает, тебе влетит. Мне запрещено выходить из комнаты.

– Что, все так ужасно? – обеспокоился Бриер, подойдя к окну, и вопросительно посмотрел на девушку снизу вверх. Но потом убедился, что ему не показалось, и заметно нахмурился: она выглядела плохо. Так плохо, словно по ней атакующим заклятием ударили, а у нее на тот момент не было ни единого толкового щита.

Голос ровный, глаза сухие, губы бледные и потрескавшиеся, а пальцы, которыми она оперлась на подоконник, стали совсем тоненькими. Она будто высохла изнутри. Или же пережила что-то очень страшное.

– Айра? – тихо спросил он, пытаясь поймать ее погасший взор. – С тобой все в порядке?

– Да пока нечем гордиться.

– А почему ты в таком виде? – он выразительно скользнул взглядом по простыне.