Ученица боевого мага

Она неожиданно кивнула, но так слабо, что он не был уверен. И все то время, пока кожу немилосердно жгло исцеляющее заклятие, просидела в неестественной позе, судорожно вцепившись в крыса и до крови прикусив губу. Лишь когда маг закончил, а на спине не осталось ни крови, ни ран, ни шрамов, она будто всхлипнула, содрогнулась всем телом и внезапно согнулась пополам.

– Спасибо, малыш…

Мастер Викран замер, услышав этот сдавленный шепот, но она больше ничего не сказала – так и сидела, уткнув нос в серую шерстку, и, кажется, беззвучно плакала.

А когда нашла в себе силы снова выпрямиться, то даже не обернулась, будто забыла о том, что в комнате есть кто-то еще.

Мастер Викран какое-то время стоял, отирая куском простыни испачканную руку. А затем всмотрелся в лиловую прядь на ее голове, которая наконец стала видна целиком, медленно наклонился и осторожно ее высвободил, пройдясь пальцами от макушки до самых кончиков волос.

Затем так же молча взглянул на притихшего метаморфа, невольно сравнив лиловую полоску на его мягкой шкурке.

Припомнил, что и у волчицы видел именно такую. На какое-то время задумался, перебирая в ладони шелковистый локон, но вдруг почувствовал на себе пристальный взгляд и, вздрогнув от неожиданности, быстро поднял голову.

Метаморф сидел на руках хозяйки совершенно неподвижно – некрупный, все еще взъерошенный, с чуть приподнятой шерсткой на загривке. И смотрел на задумавшегося мага остро, внимательно, неотрывно и так недобро, что охранитель выпустил непослушную прядку и позволил ей упасть хозяйке на спину.

А сам с удивлением всмотрелся в диковато расширенные, полыхающие все тем же сиреневым пламенем глаза, однако видел в них далеко не звериный разум, понимание и вполне понятный вопрос.

Тот, который отвернувшаяся Айра не стала задавать ему вслух.

«Что тебе надо? – молча сказала она, глядя через Кера на его неподвижное лицо. – Зачем мы тебе понадобились?»

Мастер Викран отступил на шаг и негромко велел:

– Ложись.

Нам предстоит много работы.

Айра, не поднимая глаз, кивнула и беспрекословно легла на постель, прикрыв тяжелые веки. Она не сказала ни слова, когда он приложил прохладные пальцы к ее вискам, однако на этот раз успела почувствовать, как от его рук идет слабое, ненавязчивое тепло, от которого само собой успокаивалось громко колотящееся сердце, становилось спокойнее и легче.