Извивы судьбы. Современный любовный роман

Угощаю! Или побрезгуешь?

– Болтун, – проворчал Осинцев и поднял свою рюмку, рассматривая содержимое на свет. – Какой? – спросил он, глазами показывая на графинчик. – Не грузинский?

– Что ты! Что ты! Я даже молдавский «Белый аист» игнорирую. Из отечественных – предпочитаю только армянский, а из импорта – французский. Так что пьем – «Наполеон».

– Ты спятил?! – Осинцев в ужасе округлил глаза.

– А в чем, собственно, дело?

– Какие деньги! Тем более, в буфете, с наценкой. Ужас какой-то… Или у тебя двойные командировочные, или…

– Не бери в голову, Лёх.

Один раз живем… Извини за банальность. Давай, Лёх, хлопнем за наших москвичек. Не возражаешь?

– Они того стоят, – усмехнувшись, ответил Осинцев.

– Так вот… «Рыцарь печального образа» пьет за свою Дульцинею Тобосскую!

Осинцев осушил рюмку. Заметив, что Соловьев отпил лишь на треть и поставил рюмку на стол, Осинцев осуждающе напомнил:

– Нарушаешь офицерскую традицию.

– Не понял…

– Первую рюмку положено до дна, тем более, когда за свою даму сердца.

– А! – воскликнул Соловьев. – С удовольствием!

Коньяк выпит. Сосиски умяты (с русской-то горчицей и полено уйдет за милую душу). Офицеры – вяло-расслабленные – возвращаются в номер. Когда проходили мимо стойки дежурной по этажу, их тормознула пожилая женщина.

– Сынки, тут был офицер-порученец… Вам оставил… Настоятельно приказывал передать лично в руки.

Взяв два конверта, вертя их перед собой, Соловьев спросил:

– Странное дело… От кого?.. Не дамы ли сердца подают весточку?

Осинцев отрицательно мотнул головой.

– Не может быть… Верочка не знает, где я остановился.

– А Иришка моя знает!

– Все равно… Офицер не станет разносить по номерам любовные записочки. Скорее всего, что-то от организаторов нашего сбора.

Осинцев – прав. Вскрыв в номере конверты, офицеры увидели коротенькие записки с информацией и билеты в Большой, на «Пиковую даму» в постановке Григоровича.

Соловьев, увидев два билета, причем, в партер, просиял.

– Какие они молодцы!

– Организаторы, что ли?

– А то кто же! Предусмотрительные.

Понимают, что молодым офицерам негоже идти в Большой без дам и… Извольте два билета каждому. Хорош сюрпризец! Замечательный подарок!

Осинцев, взглянув на дату, помрачнел.

– На завтра… Обидно… Не смогу пригласить Верочку мою…

– Это еще почему?

– Свидание-то назначено лишь на послезавтра. Как она узнает, что планы изменились?

– Чудак ты, Лёха!

– И никакой я не чудак.