Наброски к портрету

Ивлев направился к дому бабы Вали. Она оказалась сухонькой пожилой женщиной.

– Деньги мне нужны. Я поселю Вас в угловой комнате. Ничего, что спать придется на диване? – спросила Валентина Степановна, показывая квартиранту комнатку, в которой, кроме дивана, стола со стулом и небольшого платяного шкафа, больше ничего не смогло бы поместиться.

– Я согласен. – Артем оглядел свое временное жилище и рассчитался с хозяйкой за несколько дней вперед.

Спросив у Валентины Степановны, есть ли в деревне магазин, он отправился на центральную улицу.

«Поброжу по деревне, разузнаю, что могло привести сюда Антона», – подумал он. Деревня оказалась небольшой, и, походив по ней, Артем, наконец, увидел двор, в котором под навесом стояла машина Петрищева.

«Надо последить за домом», – решил он.

Петрищев пробыл в доме часа два. Выйдя на крыльцо, постоял на нем, походил по саду и, поместив в багажник машины вместительную дорожную сумку, уехал.

В тесном деревенском магазинчике с яркой вывеской «Супермаркет» он купил продукты и, нагруженный двумя большими пакетами, пошел к Валентине Степановне.

– Вот продукты, хозяйка, я хотел бы у Вас столоваться. Вы не возражаете? – спросил он, выкладывая содержимое пакетов на стол.

– Ой, хорошо как! – Женщина не смогла сдержать радостной улыбки. – А у меня картошечка есть, овощи.

За столом Ивлев завел разговор о деревенских жителях, а потом спросил у Валентины Степановны, много ли в деревне приезжих. Она ответила, что чужих в деревне нет.

– Как же так, – возразил Артем, – я видел машину с московским номером.

– Это машина Антошки Петрищева, он часто приезжает из Москвы. Года два тому назад купил дом у дочери покойной Даши Крупениной. Имеет дом – значит, не чужой.

Поблагодарив Валентину Степановну за обед, Ивлев снова направился к особняку Петрищева. Он вел наблюдение за ним до наступления темноты, хозяина не было. Не появился Петрищев и на следующий день. Артему необходимо было узнать, что хранится в доме. Он понимал, что Антон купил его не для отдыха в деревне. Ему – одинокому молодому человеку, который не увлекался ни охотой, ни рыбалкой – дом в деревенской глуши был не нужен.