Охота за древом. Стихи и переводы

«Когда коррида проревет к финалу (17)…»

Когда коррида проревет к финалу (17)

и вена, вздувшись, лопнет как струна,

узнает бык: у смерти вкус вина,

которым жизнь, жалея, обделяла.

Фонтан сердец забьет из раны алой,

пучину сердца осушив до дна,

и накренится над песком сосна,

и глыба камня рухнет с пьедестала.

Ты, кровь моя, живучая как бык,

с утра наполнив кубок неизменный

тончайшего старинного литья,

саднящим вкусом стали под язык

сочишься влагой горькою и пенной

из сердца, где скопилась смерть моя.

«No me conformo, no: me desespero (20)…»

No me conformo, no: me desespero (20)

como si fuera un huracаn de lava

en el presidio de una almendra esclava

o en el penal colgante de un jilguero.

Besarte fue besar un avispero

que me clava el tormento y me desclava

y cava un hoyo f?nebre y lo cava

dentro del corazоn donde me muero.

No me conformo, no: ya es tanto y tanto

idolatrar la imagen de tu beso

y perseguir el curso de tu aroma.

Un enterrado vivo por el llanto,

una revoluciоn dentro de un hueso,

un rayo soy sujeto a una redoma.

«Я не смирен, о нет! Я изойду (20)…»

Я не смирен, о нет! Я изойду (20)

лавиной жгучей лавы, что попала

в острог висячий вместо птахи малой,

быком взъяренным в конскую узду.

О, я припал к осиному гнезду

тех жадных губ, чье гибельное жало

сочило яд и сердце мукой сжало,

и в сердце сжался я и смерти жду.

Я не смирен – я обречен ползти

как пес по следу твоего дыханья,

молясь на идол поцелуя в страхе.

Я – бунт свирепый, вспыхнувший в кости.

Я – заживо закопанный в рыданье.

Я – молния в смирительной рубахе.

Переводы с английского

Edgar Allan Poe[50 - По изданию: An Anthology of English and American Verse. M., 1972. Стр. 464.] / Эдгар Эллан По (1809—1849)

The Raven

Once upon a midnight dreary, while I pondered weak and weary,

Over many a quaint and curious volume of forgotten lore,

While I nodded, nearly napping, suddenly there came a tapping,

As of some one gently rapping, rapping at my chamber door.

««Tis some visitor,» I muttered, «tapping at my chamber door —

Only this, and nothing more.»

Ah, distinctly I remember it was in the bleak December,

And each separate dying ember wrought its ghost upon the floor.