Последнее сражение Рамиреса

Но мое положение от этого оказывалось немногим легче, поскольку я все равно ничего не мог видеть перед собой. Прохладный утренний воздух с силой и восторгом водопада ворвался в салон машины и, словно прессом прижал меня к спинке кресла. Преодолевая его сопротивление, я поднял руку и ощупал солнцезащитный козырек. Удача! Интуиция вновь не подвела меня – там, как я и ожидал, находились солнцезащитные очки, – один из самых часто используемых атрибутов таксиста. Но, когда они оказались на моем лице, видимость меня не сильно удовлетворяла, ведь утро только наступало, а очки были все же «солнцезащитные», но теперь я мог вести машину, и это значит: шанс на спасение все еще оставался.

Я вложил «старушку» в крутой поворот, мне показалось, что она вот-вот развалится на части. Словно пораженные артрозом, ее механические суставы скрипели жалобно и обреченно. Она накренилась на левый бок настолько, что я без усилия смог бы коснуться покрытия трассы. Но все обошлось благополучно и через несколько метров мы влетели в темное жерло тоннеля.

Там мне пришлось немного сбавить скорость, но все равно она оставалась довольно высокой – сто километров в час. Практическое самоубийство. Но китайцы находились в каких-то десяти-пятнадцати метрах позади меня, и более верным самоубийством являлось бы решение сбросить ее ниже.

Перед тоннелем здоровяк спрятался в салоне джипа, но китайцы приблизились ко мне настолько, что когда тот закончится, ему будет несложно расстрелять меня почти в упор.

Необходимо было найти возможность оторваться от них, и когда передо мной возник «хвост» едва плетущегося лесовоза, я чуть не зарыдал от досады. Идти на обгон в тоннеле – смертельный номер. Но разве у меня имелся выбор? И я вывел машину на встречную полосу.

Вначале все шло довольно неплохо. Встречный путь оказался свободным, но лесовоз был с прицепом, и мне показалось, что он длинной не меньше километра. Когда же я сравнялся с его тягачом, водитель, глядя на меня круглыми от ужаса глазами, красноречиво покрутил пальцем у затронутого сединою виска.

И в тот же миг боковым зрением я уловил что-то огромное, что приближалось ко мне, словно неумолимый страшный рок. Им оказался исполинский красный газовоз, выскочивший в нескольких десятках метров предо мною, точно демон из преисподней. Мысль, что это конец, вплыла в мое сознание спокойно, будто я смотрел за происходящим со стороны.