Казачьи Покрова. Избранное

Одолень-трава

(по мотивам казачьего сказа)

I

Набегался за день? Тады, коль не лень,

Ложись на бочок, слухай деда.

Я сказку скажу про траву-одолень,

А ты засыпай, непоседа.

Ох, было то дело в седые года,

Тому лет пятьсот иль поболе.

И степи донские шумели тогда

И звалися Дикое поле.

Не видно ни стёжки в густых ковылях,

Ни тропки, ни влево, ни вправо.

Лишь только Ногайский извилистый шлях

Ползёт сквозь высокие травы.

По этому шляху с восточных сторон

Свершали набеги порою

На Дикое поле, на батюшку-Дон

Лихие раскосые вои.

Встречали незваных гостей казаки

Могучею силою ратной

И гнали их дружно от Дона-реки

В ногайские степи обратно.

Но коли удара сдержать не могли,

То ворог, не ведая жалость,

Сметал городки и станицы с земли,

Рудою трава умывалась.

Побив казаков, стариков, малых чад,

Забрав полонянок с собою,

По шляху с дуваном в улусы, назад,

Вертались ногайцы с разбоя.

И шли молодые казачки в полон,

Лицом почерневшие с горя,

Отвесив Придонью прощальный поклон,

К Хвалынскому дальнему морю.

От ран на ногах вся дорога в крови,

Обильно слезами полита.

Ты плачешь, касатик? Не нать, не реви.

Была и у девок защита.

II

А где ж та защита? А вот она где —

У нас, на Дону, кажным летом

В затонах, на тихой, стоячей воде,

Кувшинки цветут белым цветом.

Они распускаются в солнечный день,

А в ночь закрываются снова.

Им имя другое – трава-одолень.

Ты чуешь? Волшебное слово!

И вот, ближе к вечеру – слышишь, внучок? —

В тот час, когда форму бутона

Цветы принимали, из вод старичок

Являлся на берег затона.

С седой бородою, глаза – пара звёзд,

А скорость быстрей, чем у зайцев.

Он за ночь проходит до тысячи вёрст,

Ать-два, и уже у ногайцев.

То нищим прикинется, просит подать

Монету, искусный пройдоха,

То нукером славным, ногайская знать

Не видела в старце подвоха.

А то притворится вдруг важным гонцом

Из ставки великого хана,

Но чаще всего представлялся купцом,

Являя ярлык от кагана.

При этом не столько менял свой товар

На бархаты, камни и злато,

Как просто вельможам давал его в дар,

Не требуя щедрую плату.

А те и довольны, гляди – повезло!

Ить, выгодно, честное слово!

Купец им меняет донское седло

На миску вчерашнего плова.

А то, что он просит на пленных взглянуть,

Так нет для отказа причины.