Казачьи Покрова. Избранное

И скифы послали своих сыновей,

Шоб те тольки миром да ладом

Вчерашних врагов превратили в друзей

И стали над бабьим отрядом.

Найти амазонок в бескрайней степи —

Сурьёзное дело, не шутка.

Шо ёрзаешь? Сбегай на двор, не терпи,

А я подымлю самокрутку.

Сколь хлопцы путляли, топча ковыли,

Об энтом отдельные речи.

Но лагерь воительниц всё жа нашли,

Разбили и свой недалече.

За каплею капля заметна едва,

Но камушек точит водица.

И мало-помалу, но лагеря два

Смогли меж собой подружиться.

* * *

Так колос весной подымается ввысь,

Коль осенью брошено семя,

Два лагеря вместе в единый слились,

Сложилося новое племя.

Мужья предложили вернуться домой,

Собраться и двинуться разом.

На энто супружницы все до одной

Ответили твёрдым отказом.

– Обычаи женщин из ваших племён

Нам чужды, – заметили жёны.

– У тех, кто с мечом был и с луком рождён,

Иные для жизни законы.

Шоб часть состояния вашу забрать,

Езжайте в родные селенья.

Потом возвертайтеся в лагерь опять,

Мы будем вас ждать с нетерпеньем. —

Послушались хлопцы, явив свою прыть,

Но жёны сказали – Негоже

Нам жить в энтом месте, пора уходить. —

Вскричали мужья – Отчего же!?

– На скифской земле нам не любо. Мы ей

Чинили немалые беды,

И вас, как детей, увели из семей.

Давайте ускачем отседа.

Оставим страну, перейдём Танаис

На север помчим иль к востоку.

А тама начнём свою новую жизнь

В краю неизвестном, далёком. —

Коль бабы решили, их дурь не убить,

Настырное чёртово семя!

Сказали «идтить», нычит надоть идтить…

И степи покинуло племя.

Их жёны сражались мужчинам под стать,

Владели копьём и чеканом,

Могли на коне без устатку скакать

И всадника сбросить арканом.

Свистела и в цель попадала стрела,

И сыпались искры булата…

А девка идтить под венец не могла,

Пока не убьёт супостата.

А те племена, кто свой корень ведёт

От скифов, ушедших когда-то,

И их амазонок, писал Геродот,

Назвали потом савроматы.

* * *

А нут-ка таперя затылок чеши,

Задачку задам, отгадай-ка —

От, как их потомков зовут? Чуваши!

А ты и не ведал, всезнайка.

Ты шо, пострелёнок, жалаешь спросить?

Мотрю – засверкали глазёнки.

Как можно про корни казачек судить,

Коль с Дону ушли амазонки?

Не думай, што деда спымал на брехне.

Видать, Геродот обсчитался —

Уйтить-то ушли, да вот верится мне,

Кубыть, кое-хто и остался.