Пока любит душа…

]

Жить и любить давай, о Лезбия, со мной!

За толки стариков угрюмых мы с тобой

За все их не дадим одной монеты медной,

Пускай восходит день и меркнет тенью бледной:

5. Для нас, как краткий день зайдет за небосклон,

Настанет ночь одна и бесконечный сон.

Сто раз целуй меня, и тысячу, и снова

Еще до тысячи, опять до ста другого,

До новой тысячи, до новых сот опять.

10. Когда же много их придется насчитать,

Смешаем счет тогда, чтоб мы его не знали,

Чтоб злые нам с тобой завидовать не стали,

Узнав, как много раз тебя я целовал.

6. К Флавию[19 - Стихотворение это обращается к незнакомому нам приятелю Катулла, Флавию, живущему с ним в одном доме, и по содержанию сходно с Горациевой 1 од. 27.]

Флавий, о милой своей ты Катуллу,

Будь она только красивой, пристойной,

Все рассказал бы, не справясь с молчаньем.

Только не знаю, с какой недостойной

Там ты связался; признаться и стыдно.

Что не вдовой твоя ночь-то угасла,

Это с постели гласит нам немолчно

Запах венков и сирийского масла,[20 - Сирия нередко у поэтов смешивалась с Ассирией.

]

Да изголовье; оно ведь измято

10. Тут вот и там, и кровать твоя еле

Держится, так она вся расшаталась.

Если слова их не верны, то в теле

Дряблость и шаткие ноги все скажут,

Что по ночам у тебя за затеи.

15. Ты что ни есть, хорошо или худо,

Все мне скажи; я вас с милой твоею

Стройною песнью прославлю до неба.

7. К Лезбии[21 - Стихотворение это в период блаженства любви, по мнению Вестфаля, отвечает на вопрос Лезбии, с которым она обратилась к поэту при прочтении стих.

5. Замечательно, что и в такие задушевные минуты поэт не забывает ученой приправы Каллимаховской поэзии, хотя относится к ней с известной иронией.]

С меня ты требуешь, о Лезбия, признаний,

Как много мне твоих достаточно лобзаний?

Как велико число либшских всех песчин,

Лежащих близ цветов Кирен[22 - Кирены – столица Киринейской области.

] среди равнин,

5. Между оракула Зевесова жилищем

И Батта древнего почёющим кладбищем;[23 - В пустыне между Киренами и оракулом Юпитера Аммона на оазисе Сива. Древний батт, основатель Кирена, около 650 г. до Р. Х., предок Каллимаха. Могила его близ городской агоры пользовалась большим почетом.]

Иль сколько с неба звезд средь тишины ночей

Взирают на любовь таящихся людей,

Лобзаний столько же горящему недужно

10.