Ежик в Волшебном лесу. Сказочная повесть про ежика по имени Кекрос

Белочка, нежная кокетка с рыжей шерсткой и огромным пушистым хвостом, поглядывала на меня с хитрецой, перебрасывая из лапки в лапку маленький грецкий орешек, и я каким-то образом поняла, что это была именно ее идея «связаться» со мной.

…Неожиданный звонок телефона привлек мое внимание, я на секунду отвернулась в поисках трубки, в любом случае по-прежнему не зная, что же ответить делегатам из «Волшебного леса». Когда же я вновь посмотрела на листки рукописи, звери уже исчезли, и я было подумала, что все это не более, чем моя разыгравшаяся фантазия, но… Скорлупа от орешка осталась лежать на краю стола как напоминание, а значит, это было правдой, зверюшки из леса действительно с нетерпением ждали продолжения их приключений.

Когда у меня не получается творить на бумаге, я кладу скорлупу на видное место, чтобы не забывать, что надо продолжать трудиться над книгой, и все вновь идет как по маслу.

Посему, чтобы не обмануть ожиданий моих лесных друзей (как можно!), я собрала рассказы про ежика и его друзей в одну книгу.

Я также надеюсь, что узнать о приключениях ежика и его друзей из Волшебного леса будет увлекательно и для вас.

Вступление, где мы знакомимся с ежиком и его семьей

Однажды в одном далеком лесу на свет появился маленький ежик. У него были родители – мама и папа, а еще два брата – такие же, как и он, непоседливые ежи. Наш герой был средним по счету и его звали Кекрос, а его братьев – Самос и Бебос.

Это была королевская семья из страны под названием Паллия, пережившая революцию и скрывавшаяся от разгневанных подданных, которые разграбили и сожгли их лес.

До них долетали слухи от вездесущих галок, что теперь в их дворце музей.

– Ах, – заламывала локти мама-ежиха, прикладывая к глазам платочек, когда никто не видел, – лишь бы тарелки не побили в столовой!

В столовой в их бывшем дворце находился знаменитый Севрский фарфор, который в молодости мама-ежиха очень любила, постоянно просила прислугу его мыть, более того, рвалась это делать сама, несмотря на свой титул, а потом наблюдала, как тарелки и чашки расставляют в серванте.

Не дай Бог что-то разбить! Если такое вдруг случалось, королева никогда не ругалась, но доставала свой неизменный кружевной платочек и промакивала глаза. Всем слугам становилось бесконечно стыдно за свои промахи, и они с удвоенным усердием принимались за работу, чтобы выполнить свою работу как можно лучше и не стать вновь причиной печалей королевы.