Чёртов посох

 – Ехать, не ехать? Может, он хочет взять меня в жены? Да и так говорят, у него семьсот жен и триста наложниц! Но он очень богатый и мудрый правитель! Неплохо поговорить с ним, да испытать его загадками и вопросами, насколько он умен. А там посмотрим.

Звоню в колокольчик. Двери распахиваются, и важно входит мужчина лет пятидесяти с ятаганом на боку.

– Да, Госпожа! Желаете чего?

– Пришло приглашение царя Соломона. И в полнолуние выезжаем к нему. Сто верблюдов нагрузите товарами да благовониями, золотом и драгоценными камнями.

Еды и воды не жалейте – дорога длинная и опасная. Да людей вооруженных не забудь.

– Слушаюсь, Госпожа Билкис.

Путь был долгим и утомительным. Но все-таки стоило столько трястись на верблюдах через пустыню, чтобы встретится с самим царем Соломоном. К городским воротам выехал сам правитель верхом на резвом скакуне с небольшой свитой и, увидев меня, расцвел в улыбке:

– О, Госпожа Билкис! Я был наслышан о Вашей красоте, но не думал, что до такой степени.

Вы очаровательны! Вас проведут в Ваши покои. Отдохните с дороги. А потом милости прошу к нам, побеседуем.

Стол ломился от яств. Блюда менялись одно за другим. Музыка и танцы наложниц способствовали к мирной беседе. И мы говорили с ним обо всем. На седьмой день нашей беседы он сказал:

– Моя Госпожа! Мне кажется, что мы с Вами родственные души. И не мешало бы нам стать еще ближе…

– Это невозможно. И, по моему, Вам и без меня достаточно своих наложниц?

На улице послышались крики и шум.

– Пойдемте, посмотрим, что там, – сказал он, протянув мне яблоко и, по-мальчишески озоруя, побежал впереди меня. Я, увлеченная его предложением, последовала за ним.

Путь на улицу проходил через зал с зеркальными полами, залитый водой. И, невольно следуя за ним, приподняла края платья, чтобы не замочить. И он в это время обернулся и посмотрел на мои ноги. И увидев смущение на моем лице, сказал, мягко улыбнувшись:

– Все хорошо! Не беспокойтесь. Я никому не скажу, что у Вас кривые ноги.

Я, чувствуя, как краснею от стыда, запустила в него яблоком. Он ловко поймал его и, откусив, погрозил пальцем. На площади перед дворцом толпился народ:

– Просим царя! Пусть выйдет и рассудит по справедливости.

Увидев правителя, площадь умолкла. Подвели двух женщин, одна из них держала ребенка.

– Я слушаю, – сказал Соломон.

– Это мой ребенок, – сказала первая женщина.

– Нет! Это мой ребенок! – сказала другая женщина.