Россыпи. Избранное

Когда султан Мехмед Завоеватель привел турок на Константинополь, всю весну мой прадед Шурамах провёл в крепости Богаз-Кесен, оттуда они обстреливали бомбардами византийские корабли, идущие через Босфор.

Затем с янычарами своего молочного брата Селим-Паши отличился при взятии Месемврии. После осады, при штурме Константинополя ему пришлось изгонять трусливых венецианцев, занимавших оборону стены со стороны Мраморного моря. В одной из стычек он и потерял ухо, отсекли клинком в драке.

Но сегодня поговорим не об этом, я поделюсь с тобой семейной тайной, о том, что знаю сам.

Не придумывая, не добавляя, не упуская мелких деталей. Ты уже взрослый, чтобы понять важность сказанного мною. Всё, что ты услышишь, запомни, Осман. Быть может разгадка откроется тебе, прямому наследнику Селим-Паши. Мои прожитые годы и твой ясный ум подсказывают мне об этом.

Прошлой ночью я видел сон. Удивительный, только потому, что за одним столом, богато украшенным цветами и фруктами, орехами и маслинами, дымящимися кусками жареной баранины – вся наша огромная семья, десятки поколений собрались вместе.

Во главе стола, за блеском серебряных ваз, наполненных персиками, в расшитом золотой нитью халате, в белоснежной чалме, Селим-Паша, и укутанная в зелёную парчу жена его, Чаруша.

И она, привстав, через гул голосов, грудным легким выдохом, зовёт тебя «Осман»!

«Муфид! Взгляни, Италия!». В розовой дымке поднимался из синей воды мраморный берег. Манил загадочностью убегающих вверх зелёных лугов, оливковых рощ, виноградников, белых строений.

Легкие прозрачные облака. Яркая синева морской воды. Красные кровли из черепицы.

«Римская империя начиналась здесь, мой мальчик».

Джандаль поправил головную красную повязку. «Октавиан, разбивший флот Марка Антония возле берегов Греции, вынудил его и Клеопатру к самоубийству. Это была последняя царица из македонской династии Птолемеев. Какова была красота её? Какого звучания голос? Всё скрыто за веками и забвением. Профиль царицы выбит на монетах, но соответствует ли он настоящему? Так или иначе, Октавиан, казнив сына Клеопатры и Цезариона, сына Марка Антония —стал единственным правителем Рима.

Об императорах существуют разные и противоречивые толкования, но очевидно одно. Там, где появлялись римляне – менялся мир. Завоевание. Управление. Строительство. Три колонны, поднявшие империю к солнцу».

Повернувшись на палубе, он вытянул руку. «А вот там – моя родина. Египет. Мы обязательно вернёмся туда.