Россыпи. Избранное

– Весь мир к твоим ногам. Хотя ты заслуживаешь большего.

И склонившись над сыном прошептал.

– Глаза – твои. Может это к лучшему? Отдыхай, через неделю отправимся с тобой в Марсель, у меня там важная аудиенция.

И стремительно вышел.

Марухд замолчал, обдумывая вероятно с чего начать, перебирая чётки. Осман терпеливо ждал.

– Что произошло в Марселе, известно довольно смутно. Тогда там базировался турецкий флот для противовеса Римской империи в Средиземном море.

Цель поездки Селим-Паши – привести в порядок юридические тонкости с союзнической Францией.

Надо добавить, что на турецких судах – галерах использовались в основном славяне, захваченные в плен. Быть может это только один путь к разгадке. Зачем он взял с собою Чарушу, знал только властелин. Это табу.

Мне же думается, из опасения за жизнь супруги. У Селима было поистине звериное чутье. Он не доверял ни кому. Поэтому прожил долго.

Когда они прибыли в Марсель, Чаруша, охрана и служанки поселились в отведённом для них доме в районе порта.

Правитель, после аудиенции с французским представителем отправился на корабль капудан-паши, командовавшего турецкой эскадрой. Согласно исламу женщине нельзя появляться на борту. Потому он и был в одиночестве, без любимой жены.

Затем по разрешению союзников эскадра совершила поход на Кипр, для разведки оборонительных сооружений венецианцев, вернувшись в Марсель через три недели.

И вот здесь, Осман, лежит начало целой цепи загадок.

По возвращению Селим-Пашу встретил на рейде чиновник, который и сообщил ему ужасную весть.

По городу прокатилась волною чума, выкосив треть населения. При проверке домов возле порта обнаружили по известному адресу трех мужчин и двух женщин погибших от болезни. Чиновник добавил, что вероятно одна из служанок, ходившая на базар, принесла инфекцию с собой. Все – захоронены. Помещения дома обкурены дымом, одежды сожжены.

– А моя жена?

– Не нашли.

– Я могу осмотреть?

Спросил Селим-Паша, нервно ожидая окончания доклада.

– Да, конечно.

Комната супруги была не заперта. Чисто. Постель застлана. На мраморном столике у овального венецианского зеркала среди прочих женских предметов аккуратно завернутая в парчу тяжесть. Сдерживая удары сердца – развернул. Монисто. На десятилетие постаревший, осунувшийся, с усталыми глазами – он отбыл в Стамбул.

По прибытию в Марсель Джандаль повёл Муфида на торговую биржу – сердце средиземноморья.