Путевые заметки. Рассказы

По крайней мере, ясно, что жизнь средне-высшего нашего, особенно круга дворянского, столь ярко описанная нашими беллетристами, есть уже слишком ничтожный и обособленный уголок русской жизни. Кто ж будет Историком остальных уголков, кажется, страшно многочисленных? И если в этом хаосе, в котором давно уже, но теперь особенно, пребывает общественная жизнь, и нельзя отыскать еще нормального закона и руководящей нити даже, может быть, и шекспировских размеров художнику, то, по крайней мере, кто же осветит хотя бы часть этого хаоса и хотя бы и не мечтая о руководящей нити? Главное, как будто всем еще вовсе не до того, что это как бы еще рано для самых великих наших художников.

У нас есть, бесспорно, жизнь разлагающаяся…, но есть, необходимо, и жизнь вновь складывающаяся. На новых уже началах».

Большинству молодых писателей того времени, тех 1880-х годов оказался не по плечу Пафос творчества великих предшественников, сила их протеста против социального зла, бесстрашие их философских исканий. Но и то, что в произведениях этих писателей было явно предопределено влиянием Толстого или Достоевского, Щедрина или Некрасова, звучало ослабленно, приглушенно.

Однако это не только не препятствовало, а, наоборот, способствовало популярности таких произведений.

Провести параллели к нашему времени опять не составит труда.

Обессиленные идеи, тени, а то и просто почти карикатурные подобия великих образцов были как раз по вкусу читающему обывателю, который уже и в те годы оказывал решающее воздействие на состояние книжного рынка.

Но в то время появилось, и неизбежно должно было возникнуть и встречное движение: появились писатели, сознательно и преднамеренно приспосабливающиеся к запросам читателя. Тут уже не могло быть и речи о какой-то выдержанности направления; всё большее распространение получила эклектическая подражательность: немного от Достоевского, кое-что из Толстого и Тургенева и совсем чуть-чуть такого, что отдаленно напоминает Щедрина.

Вот примерно так пишут наши современные «писатели».

История повторяется.

    Конец.

Юркина любовь

Когда слушаешь ночью у костра на рыбалке друга, с которым не виделся много лет, не грех сболтнуть лишнее, во время разговора. Особенно, когда, как и всякая рыбалка, не обошлось без спиртного. Во-первых: уха без водочки, да и за воспоминания…. Так мне рассказал Юрка о своем сокровенном.

Сначала про себя: окончив школу, я уехал учиться в далекие столицы, потом работал в далеких городах.