Седой Кавказ. Книга 2

 – Бабки, где вы? Черт вас побрал! Сдохли что ли?

– Сам ты сдохнешь, черт рыжий!

– Где вы? Что вас на чердак занесло?

– Да не ори! Лучше лестницу попридержи.

– Как не орать, ваш «родимушко» -то исчез, бежал гад! А я вам наказывал присматривать!

– А чем, ты думаешь, мы занимаемся?!

– А что он там делает? – смотрит вверх.

– Ой, и не спрашивай! Поест, в ванную сходит и вновь в кровать.

– У вас на чердаке ванна есть?

– У него ванна, а мы с чердака наблюдаем.

– Значит, до сих пор болен? – помогает второй бабульке слезть.

– Так что ж вы – не люди, неужели нельзя поухаживать за больным? Три дня, как последний снег был, а к его дому и следа нет.

– Какой три дня, пятый день, ведь он женился, к нему невеста из дому приехала.

– Фу! Да не может быть!

– Вот тебе крест… Краса – неописуемая, как в кино!

– Даже лучше, – вступает вторая. – Мироныч, ты меня помнишь в молодости? Примерно такая же, только чуть выше.

– А вы подсматриваете?

– Ты приказал – наблюдаем.

– Невеста, говорите? За мной! Посмотрим.

Не быстро Арзо открыл дверь. Участковый, занося мороз, ввалился в дом, прямо в валенках прошел в комнату.

– Вот это невеста! Так, Самбиев, на моей территории непорядок: жениться, а свадьбу не сыграть – преступление. Я за все отвечаю!

Загудело Столбище, загудела Вязовка – вождь мафии на артистке кино женится. Во вновь построенном Доме культуры гулянье запланировано. Все руководство района желает присутствовать. Колхоз расщедрился: по себестоимости быка, трех свиней, двух баранов выписали, овощи так дали, столовая и ансамбль – в полном распоряжении, грузовик у Самбиева для закупок, отныне может он ездить хоть до Байкалово.

Полла тоже не отсиживается, помогает бабулькам во множестве возникших забот, ожила она совсем, обильный румянец играет на щеках, ямочки радости в уголках рта, а в глазах – блеск, восторг, жизнь.

Днями напролет мотается Арзо в поисках дефицитных продуктов, хочет, чтобы свадьба как свадьба была, для Поллы больше всего старается.

За день до свадьбы вроде все готово; вечером приходит он усталый домой, а Полла какая-то вялая, усталая, молчаливая. Накормила его хорошо, а вот купает в воде прохладной, обтирает – полотенце валится, перед сном делает массаж спины – руки холодные, костлявые, негнущиеся. И спать желает на другой кровати, даже в соседнюю комнату просится, лицо все от него воротит, скрывает. Вгляделся повнимательней Арзо – обмер: глаза закатываются, буквально сатанеют.