СейЧАСТЫЕсть. Записки деревенского модника

Устроен мир весьма рационально,

Здесь каждый в чей-то рацион идет орально.

От хоти бычась, изменяя Азии с Европой,

Подобно Зевсу, в мыле пролетаешь в попу.

P. S. В раю ангелы собирают мусор, разбросанный чертями, в белые мешки, а в аду черти мусор от ангелов складывают в чёрные.

Сад, упакованный профессионалами уже без особой любви к живому в гранит и мрамор и разграниченный ограждениями по памяти так, что другим живым становится немного неловко веселиться, называется кладбищем.

Так и с родным городом, где правит вся имперская «НАС – РАТЬ!»

Это – власть, не способная разработать и осуществить хотя бы один пятилетний план, кроме посидеть тут поверх «Теремка» маленько, за гладью озера понаблюдать и за прочей фауной?

Игрушки мужчины кризисного возраста

Тихо тоска в сердце молчала

О счастье, жизнь что обещала.

Длиною утомительные строки,

Свободою томительные сроки.

Так, головы друзьям мороча,

Гуляю преимущественно ночью.

Так как же лютому поверить зверю,

Когда себе давным-давно не верю?

Жизнь пролетит быстрее кувырком,

Нам не понять – зачем ещё живём?

Сменив проводку на проводку,

Свой получить пятак на водку?

И кризису прекрасно возраст шёл,

В котором гол ты, как сокол.

Где плохо лежало, там худо стоит,

Тугая мошна нам про то говорит.

За сим плачу – не плача, не рыдая,

И голове своей руками помогаю —

Чтоб не кручинилась моя головка.

На тёрке чаще тру себе морковку.

Мечтой одной о жизни сытой

Ввек не накормишь паразитов,

Земля не встанет под ногами,

В душе пожар не тушат пирогами.

P. S. «Ной – не ной, а у нас каждый год потоп.

А вам всё одно подавай, чтобы каждой твари – по паре», – ворчал дед Мазай, укладывая в лодку заек штабелями, чуть разгладив им ушки.

Мифические Арии? На первый – второй?

Чувствительность светских дам, почитающих пресвятость дев и прочих непорочных рожениц, могли бы оскорбить слова шальной эстрадной императрицы о чудесах с первым и последовательностью мучений со вторыми.