Автобиографическая сюита. Нелёгкое чтиво для развлечения, адресованное моим дочерям

Баба Аня стояла среди других таких же старушек в беленьких косынках за длинным столом-прилавком. Перед ней лежал нехитрый товар – связанные ею носки и коврики. Мама осталась в сторонке, а я подошёл прицениться. Бабушка меня, как обычно, не узнала. Внуков было много. Видела она их редко. И позже, каждый раз, когда я приезжал к ней один, без матери, она теряла главный ориентир, и, чувствуя определённую родственную со мной связь, пыталась угадать моё имя и понять, кому из её детей я прихожусь сыном.

– Вовка?.

. Лёшка? Витька?.. – перечисляла она в нерешительности, застенчиво улыбаясь.

– Женька. Наськин. – подсказывал я ей, теряя терпение.

– Иконсамуправда! – восклицала она. Позже я расшифровал это волшебное бабушкино слово. Оно означало: икону сниму – правда! То есть, сниму икону в подтверждение этого.

И в этот раз она постепенно в покупателе, одетом по-городскому, какие-то начала находить знакомые, родственные черты. Заулыбалась. Подошла мама. Мы сложили товар в сумку и, выслушивая бабушкины провинциальные новости, неторопливо пошли вдоль шоссе.

Потом, через некоторое время, тётя Маруся перевезла её в Тайгу, поближе к себе. А в середине 90-х, когда у меня появился УАЗик, полученный вместо зарплаты отцом на заводе, мы с мамой забрали её с несколькими узлами пожитков к себе в Новосибирск.

Глава 2. Тайга

Полотно железной дороги, которую в конце 19 века тянули через всю матушку Россию, пролегало южнее ссыльного города-острога Томска.

И к нему решено было проложить ветку-отросток железнодорожного пути. В точке ответвления и возник ещё один разъезд – станция Тайга.

Местность была болотистая, переходящая к северу и на восток в непролазную тайгу. Пришлось строителям заниматься осушением площадки под станцию. Появились перроны, дощатый вокзал, депо, мастерские, первые домики поселения рабочих станции. Так на ровном болотистом месте постепенно возник город Тайга. Очень меня удивляли и занимали в детстве дощатые тротуары и перекрытые поперёк смолистыми шпалами каналы, под которыми таинственно журчала вода.

Здесь я и родился. И хоть в первый же год моей жизни семья перебралась к месту распределения моих родителей, молодых специалистов-железнодорожников, на станцию Инская в город Новосибирск, часть лета, а затем и почти все осеннее-зимне-весенние каникулы я проводил в Тайге.

В начале августа тайгинцы уже начинали бить шишку, кедрач – сразу за городом.