Рассвет на Этне. Мой итальянский маршрут

К ним присоединились новые и сложные больные. Но календарь неумолимо приближал отъезд, и даже разговор с начмедом не мог остановить его.

– Вы взялись за пациента?

– Да!

– Вылечили?

– Ещё нет!

– Ну вот, пока не вылечите, в отпуск не поедете! – улыбаясь, резюмировал он итог нашей беседы во время подписи вчерашнего консилиума. Пациент так и остался неизвестен для нас, так как даже электронная микроскопия его мозговой ткани не смогла установить причину, вызвавшую практически молниеносную дегенерацию нейронов.

За полчаса до выхода из дома закрываю дверь своего кабинета. Пора! Что не успел, то не успел.

Ругая про себя местных дворников, проплывая по лужам вперемешку с серо-коричневым снегом, добираемся до метро. На Киевском вокзале встречаемся с рамками-воротами, становящимися привычными атрибутами современной жизни. Они теперь, как «добро пожаловать!» в аэропортах, вокзалах, магазинах, театрах, кинотеатрах, музеях… Что следующее на очереди? Народ ругается, выражая вслух своё недовольство, но это лишь усугубляет ситуацию.

Несогласных отправляют на более тщательный телесный досмотр.

Получив электронные билеты в терминале самообслуживания, уходим на перрон. Создаётся впечатление, что вокзал так и не стал цивилизованным местом за годы постсоветского периода. Тёмные потолки, выбоины в тротуарах, грязь в углах, запахи пережитков жизни, бомжеватые попрошайки, вороватого вида люди предлагают купить «дешёвые розы». Хочется этого не замечать, игнорировать, но эта «правда жизни» вторгается в личное пространство хамством, бранью, толкотнёй.

Вот мы и в вагоне украинского поезда Москва-Хмельницкий. Заполнили иммиграционные карточки, расположились на полках, немного пообщались с соседкой. Полусонно прошли кордоны. В купе пограничники и таможенники кажутся более добрыми, чем в плацкарте. Никто не заставляет открывать сумки и чемоданы, сидеть с широко открытыми глазами на первой полке во время проверки паспортов. Штампы поставлены. В 6:25 нас встречает весенняя столица Украины.

Снега нет, тепло, яркое солнышко. Не видно навязчивого таксосервиса и назойливых помощников «поднести» багаж, нет металлодетекторов, спрятаны органы правопорядка. Вместе с нашим другом Юрием проходим к его машине и трогаемся в путь. Кажется, что в каждый приезд что-то в Киеве преображается. Строится, меняется, разрушается. У нас два часа в запасе. Позавтракав у папы, оставив свои тёплые вещи и чемодан с подарками, уезжаем в Борисполь.