Муляка. Две повести

Она заявила, что это не нашего лагеря дело и сейчас она придумает мне работу. Постояла минуту и исчезла. Я пожала плечами и вернулась к погрузке одежды.

Жара не унималась. Мне к тому времени тоже напекло, но в прямом смысле, и я, наплевав на мужские страдания, обрядилась в шорты и лифчик от купальника.

На выходе из палатки встретила улыбающегося Диму.

– А я никак не рассмотрю, в какую палатку мне ночью лезть?

– А ты, – отвечаю, – сначала костылями потыкай.

После гуманитарки верхнего лагеря я перешла на гуманитарку нижнего.

Работала на этом объекте Стелла, она собирала заказы, формировала наборы (бельё, одеяла, кастрюли, бытовая химия, детское питание) и развозила помощь по адресам.

– Смотри, тут три маленьких ребёнка. Им нужно вообще всё, у них ничего не осталось, – сказала Стелла. – Накладывай всего, а детского питания – побольше. В той палатке химия, в той бельё и одеяла, в той кастрюли и сухие смеси, в общем, это несложно.

Вскоре машина местного волонтёра Андрюхи забита под завязку полными мешками.

Вместо перекура иду мыть посуду.

– Поедешь с нами развозить? – спросила Стелла через некоторое время.

Улыбчивый Дима пытался пристроить меня на кухню – варить ужин, а я отбивалась, как могла. К тому времени мне хватало пяти помидоров в день, от жары тошнило, и представить себя на кухне я не могла никак. Но под синим взглядом Димы моя упёртость таяла и становилась жалкой лужицей. Поэтому я спешно домыла посуду и ответила:

– Поеду!

В тот день впервые я оценила масштаб трагедии.

К одному из нужных адресов мы пробирались по гравийке вдоль реки. Русло Адагума я видела и до того – в разных частях города. Кое-где оно было обильно завалено деревцами, прочно поросло кустарником, и было понятно, почему река могла выйти из берегов, кое-где оно уже вовсю чистилось и расширялось экскаваторами.

На повороте в глубь жилой улицы мы остановились.

Речушка еле текла на дне широкого и глубокого русла. Из него высоко торчали погнутые и покорёженные железные опоры пешеходного моста.

Сам же мост, удержавшись одним концом за берег, лежал изогнутый на противоположной стороне реки. Было видно, что его, как шнурок, долго телепало водой.

Из ближайшего дома выскочили мальчишки, за ними – женщина лет сорока пяти. Стелла бросилась её распрашивать.

– Речку-то и цыплёнок перейдёт! Прошлым летом были сильные дожди, не чета этим. Вода поднялась почти до моста. Но даже тогда никакого наводнения не случилось. Мы всегда на реку смотрим.