Дар Калиостро. Повести и рассказы

А между тем, ведущий объявил:

– Сейчас со своими опытами перед вами выступит знаменитый граф Калиостро!

Лера машинально подняла взгляд и, широко раскрыв глаза, сказала:

– Алеша, обернись!

На сцене в черном фраке стоял Артурыч.

– Ну и что? – сказал Смагин. – Он мне сам говорил, что подрабатывает, где может: в цирке не так уж много платят.

Нигелла, как всегда, улыбался. Только это была не обычная его простодушная улыбка в блеске дешевых коронок, а тонкая, сдержанная, почти холодная. И еще непривычно было видеть его во фраке (Смагин усмехнулся, вспомнив извечную тельняшку Нигеллы); подтянутый, элегантный, он казался совсем другим человеком.

– Господа! – произнес Нигелла. Его мягкий баритон звучал глубже обычного.

– Опыты, которые я продемонстрирую сейчас, имеют важное научно-практическое значение и неопровержимо доказывают, что, воздействуя на некоторые параметры системы «пространство-время», возможно совершать путешествия в прошлое, то есть изменять последовательный порядок всего сущего в обратном от данной минуты направлении.

Единственное ограничение состоит в том, что человека невозможно отправить дальше точки его рождения. Иными словами, никто из участников опыта не сможет оказаться, например, в эпохе правления египетских фараонов. Да это и не к чему. Опыты и без того чрезвычайно увлекательны и – самое главное! – совершенно безопасны! Итак, мне нужен один из вас в качестве участника эксперимента.

Долго ждать не пришлось. Объявилось сразу несколько добровольцев.

Нигелла выбрал ближайшего к себе – крупного, рыхлого мужчину с потеющим лицом.

– Если не ошибаюсь, господин Колупаев? 1955 года рождения?

Волонтер оторопел.

– Как вы узнали?

– Поверьте, это не самое сложное в моей профессии. Итак, назовите любую дату в промежутке между вашим рождением и сегодняшним днем.

– Вчера, – продемонстрировал убогую фантазию Колупаев.

– Время?

– Два часа дня.

Люстры вдруг погасли, и в воздухе объемно высветилось просторное помещение с длинным столом, за которым сидели люди.

Стол возглавлял Колупаев.

– Куда подевались средства на реконструкцию, мы хорошо знаем. Но не дай Бог, чтобы это узнала комиссия. Завтра она начинает работу…

– Все правильно! – взволнованно перебил самого себя Колупаев, и кабинет исчез. – Вчера я проводил совещание… Но это… Невероятно!

Он был ошеломлен. Как, впрочем, и все остальные.

– Что ж, продолжим, – спокойно сказал Нигелла и направился в зал.