Одесский дневник 2015–2016. Взрывная волна

Кто расскажет мне, Миша, сегодня веселое что-нибудь,

о святом, с головой под мышкой восходящем к вершине горы,

о младенце, который по средам и пятницам не брал материнскую грудь

и жмурил глаза, чтоб не видеть грудь до поры?

Кто, купаясь в крещенской проруби, поставит бутылку на лед

плюс – тарелку с соленьями и жирной нарезкой свиной?

Тело теряет в весе, а значит, возможен полет,

а если полет невозможен – епископ тому виной.

С кем за богословской беседой мы выпьем по двести грамм

в просторном дворе под победный звон комаров,

стараясь не видеть вдали запертый храм,

где ты уже не священник – приноситель Святых Даров.

Как любил я вас всех, неправильных, ломаных – сам такой,

без излишней важности – раблезианцев, кутил!

Вас всех, которым Церковь не обещала покой,

вас всех, которых Спаситель призвал к себе и простил.

4 марта 2015

«Не все золото что орда…»

не все золото что орда

была бы страна горда

мог бы народ пока не зачах

носить ярмо на плечах

чтоб дар валдая над головой

чтоб рядом зверь полевой

чтоб в небе сокол или иной

хищник правил страной

чтоб гнали каторжных за урал

тот убил а этот украл

а этот калечил людские умы

народ выводя из тьмы

пересекает волгу паром

не кончится дело добром

не все захватчик что татарва

полюбуйся собой сперва

5 марта 2015

«Куплю обои с орнаментом из крупных ушных…»

куплю обои с орнаментом из крупных ушных

раковин с приросшими мочками волосатых стоящих торчком

такие бывают у стукачей низкорослых пушных

по переулкам тихо пробирающихся бочком

сверкающих красными глазками если падает свет

от промелькнувших дальних автомобильных фар

сколько их осталось внимательных верно берущих след

дежурных по сновидению под названьем ночной кошмар

я оклею обоями спальню и буду считать перед сном

эти жуткие уши из прошлого до смыкания глаз

их владельцы уже лет двадцать отдыхают в мире ином

подвывают тихо попискивают и ждут с нетерпением нас

6 марта 2015

«В театре военных действий, сидя в партере…»

В театре военных действий, сидя в партере,

генерал сверяет по программке наши потери,

в оркестровой яме кишки играют марши, на сцене кричат «Ура!».

Под потолком летают диковинные аппараты,

управляют ими либералы и демократы,

по потолку крест-накрест гуляют прожектора.

Билетерша светит фонариком в ковровом проходе.