Одесский дневник 2015–2016. Взрывная волна

и то ужасно, телец из меди, хоть позолочен,

натуральный фальшак, а Божий храм заколочен,

там склад зерновых, там ходит амбарная мышь,

там колен не преклонишь и спину не распрямишь.

Ничего не случилось с нами, а было близко,

топтуны ходили за нами, под подошвами было склизко,

и не то, чтобы небо прогневалось, но дождичек моросил

по мере убогих осенних небесных сил.

13 марта 2015

«Например отменная готика снаружи все как всегда…»

например отменная готика снаружи все как всегда

башенки контрфорсы горгульи химеры вода

при сильном ливне низвергается через пасти

чудовищ которыми славны немецкие города

апостолы с облаков забрасывают рыболовецкие снасти

ловцы человеков никому не приносят вреда

но внутри соборы пусты ни одной души

никому не скажешь иди и впредь не греши

даже падшие женщины к иконе не припадают

даже нищие здесь не собирают положенные гроши

даже скорбящие закусив платки не рыдают

даже корыстные патеры не подсчитывают барыши

потому что счеты закончены стекла закопчены

витражи частично утрачены с огромной пустынной стены

глядит ужасная маска на заезжую пару

исполненную чувств растерянности и вины

присматривающуюся к пустынному готическому кошмару

уцелевшему чудом во дни второй мировой войны

к тому же у входа склоненный Господь Иисус Христос

поддерживает солдата в каске – Господь не задает вопрос

за что погиб этот немец на фронте восточном или

на западном где как известно меньше советских берез

но чаще бомбят вернее раньше бомбили

а нынче в других местах бомбят и тоже всерьез

14 марта 2014

«Из разрушенной церкви Св.

Из разрушенной церкви Св. Йогана в церковь Св. Фомы

катит в тачке кости плюс остатки гроба из цинка

старый сторож – как будто бы из тюрьмы

выпускает старого Баха – виниловая пластинка,

затем – цифровая запись, затем – в мировой сети

душу-музыку Баха каждый может найти.

Старый сторож кричит: эй, интендант!

Открывай ворота, впускай постояльца!

Я привез тебе Баха! Здесь жил такой музыкант —

на каждой ноте оставил свой отпечаток пальца.

Носил кучерявый парик, голландский фасон,

потом его открыл еврей Мендельсон.