Ничего не объясняющие фрагменты прекрасного

только и слышал – утяжелялись движения, —

кто разрешал им так себе отвечать?

чередованье просящих, их продолжения.

чуть-чуть еще, и опять.

вот затемнение – найди для меня, оставляющий,

слово хотя бы, – кто может больше сказать?

кто оставляющий слово найди для хотя бы

больше меня сказать

«И не знаешь уже, к кому обратиться…»

и не знаешь уже, к кому обратиться.

раз-два-три, где четвертый?

ходит дима-близнец, тревожная птица,

ни живой, ни мертвый.

будто не было детства, купанья в корыте,

разлетевшихся брызг.

ходит дима один в старом кителе,

пограничник границ.

не найди мы – стоял бы в церковном подвале.

может так и стоит там сейчас.

– где четвертый?

– его не позвали.

водим спичкой у глаз.

нет, не тьма, не пожар – это просьба такая,

дай мне долю сна твоего.

а взамен я не знаю, кого отпускаю.

вот что прежде всего.

«…Было и мне обещание…»

…было и мне обещание —

в сумерках – техническая вода.

в небе замерзло радиовещание.

то – звезда, звезда.

долгая-далекая – над заводом,

гул его с ней сопряжен.

ты на нем работаешь год за годом,

иного смысла лишен.

год за годом тянутся прихожане

тополю покоя желать,

но воздуха человеческое дрожание —

в нем дышо тяжелать.

слава богу, в нем не увидеться.

скрип-поскрип проходной.

сигаретка, другая еще безделица.

холодно мне, хорошо…

«Открываются поочередно…»

А. Б.

открываются поочередно,

но тебя не найти —

ни в больнице, ни в поле.

что вам будет угодно?

ничего-ничего, пропусти —

это так, от бессилия что ли.

хвойный день, слишком дымный.

узнаю тебя там,

но присутствие ослабевает.

вдох пустынный себя выдыхает

и идет по пятам.

не собраться уже и не стать

человеком, травой, полусветом.

навстречу не выйти —

этим лесом, тем летом,

где старуха по небу плыла,

где окрестность ждала

сына, ключа, открытия.

«Кто как не я.

кто как не я. охранять дискотеку в березах —

человеком в форме отца.

скоро праздник.

скоро поезд приедет и заберет с собой.

безнадзорное дразнит – закури, часовой.

позволяю себе, в темное время суток —

о любви, которую не сберегли.

но как только – так то, что вдали,

протягивает легкий сверток.

– не разворачивай! –

нависает над воскресным столом.

бьет челом об стол, и дальше стоять-охранять.