Сплетни и K-pop

– Ты собираешься вступить в очень конкурентный мир, дорогая. Ты будешь тренироваться с некоторыми из самых успешных певцов и танцоров в стране, а это значит, что ты, возможно, будешь не самой талантливой ученицей. И это нормально: тебе никогда не надо корить себя за это. И если в какой-то момент ты почувствуешь, что это не твое место, – все в порядке, просто возвращайся домой.

– Это мой первый день здесь, мама. Я еще даже не переступила порог. Я не хочу думать о неудачах прямо сейчас.

– Я не это имею в виду, Элис, – сказала она.

 – Возвращение домой не будет неудачей, совсем нет. Тебе просто не нужно чувствовать, будто ты застряла здесь, подписан контракт или нет. Я просто хочу, чтобы ты знала, что мы всегда здесь для тебя. – Она осторожно положила руку мне на колено.

– Я знаю, что это так, – пробормотала я.

– И твой папа прав – мы будем очень сильно скучать по тебе.

– Я тоже.

Она погладила мое колено большим пальцем.

– Ну… ты готова идти?

– Да, – ответила я. – Абсолютно.

Мы все выбрались на холод и сгрудились вокруг багажника, чтобы посмотреть, как папа вытаскивает два моих чемодана.

– Тебе нужна помощь, чтобы занести это внутрь, Эл?

– Нет, я справлюсь. Здесь не так уж много вещей. И я не хочу устраивать весь этот прощальный спектакль перед кем-либо в академии.

Внезапно со стороны Оливии донесся всхлип. Мы повернулись, чтобы посмотреть на нее – ее лицо было все красное и в пятнах. Она тихо плакала про себя, а я даже не заметила.

– Эй, иди сюда. – Я притянула ее к себе, чтобы обнять, и она прижалась мокрым лицом к моей груди.

Ее маленькая голова идеально помещалась прямо в ложбинке, будто мы были двумя кусочками головоломки. Когда она всхлипнула, я тоже заплакала. Я понимала, что приближается момент, когда мне придется попрощаться с ней, но все равно это было очень больно. Отчасти из-за того, что я боялась идти в совершенно новую школу в чужой стране без нее. Но еще и из-за того, что в Сеуле Оливия была моей единственной подругой и без нее будет тяжело.

– Не уходи! – закричала она, ее руки вцепились в мою пухлую куртку.

– Это была твоя идея, – мягко поддразнила я, пытаясь восстановить самообладание.

– Я знаю, но я была неправа. Я беру все свои слова обратно.

– О чем ты говоришь?

– Просто… я ведь больше никогда тебя не увижу! – всхлипнула она.

– Это неправда, – сказала я, сжимая ее крепче. – Я буду дома через несколько месяцев на День защиты детей.

Это заставило ее заплакать еще сильнее.