Сказки из архивов города Оденсе

– Сделаем привал на полпути, – сказала собака, – вон там, – она указала наверх, на дверь, рядом с которой располагались два окна с витражами, а сверху выходила труба, из которой вился лёгкий дымок.

Наконец они добрались. Собака открыла дверь.

– Разрешите? – спросила она кого-то. Из-за двери послышались радостные возгласы, по которым стало понятно, что собака со своими приятелями, которые были в этом доме, а то, что они были приятелями, не было никакого сомнения, давно не виделась. Солдат вошёл следом.

В огромной гостиной, левая сторона которой была одновременно и кухней, находились трое мужчин.

Двое из них были грузны, один поджар.

Двое были бородаты, один гладко выбрит.

Двое имели привычку курить, один на дух не переносил табачного дыма.

Двое были в очках, один очков не носил.

Двое сидели в креслах, один стоял у плиты.

Все трое были в хорошем настроении.

Собака обнялась со всеми по очереди.

– Я вам тут охотника за сокровищами привёл, передохнуть надо, – сказал пёс, и солдату тут же было предложено мягкое кресло.

Сбросив ранец, солдат плюхнулся в кресло и вытянул ноги.

– Ну, как там наверху? – спросил у солдата один из мужчин, тот, что сидел ближе к нему.

– Стабильности нету, – сказал солдат и неопределённо пожал плечами.

– Компота хотите? – спросил тот, что у плиты.

– Пожалуй.

Мужчина принёс что-то наподобие пиалы и ложку. В пиале были выложены фрукты, залитые лёгким сиропом.

– Какой же это компот? Это блюдо какое-то, – сказал солдат.

– Самый настоящий компот, угощайтесь. Компоты такие и должны быть.

Солдат не стал спорить и съел всё дочиста. Затем он откинулся в кресле и посмотрел в окно. Окна в доме были витражные, но одна створка была распахнута, и солдат увидел на противоположном краю воронки открытую дверь. На столе стоял механизм, тот самый perpetuum mobile, в дверном проёме была видна фигура мужчины, который расхаживал по гостиной, заложив руки за спину. Солдату страсть как хотелось увидеть эту машину ещё разок, она давала ему ощущение какого-то жизненного смысла, чего-то такого, что мы ещё, быть может, не знаем, а быть может нам и не дано узнать, но это нечто существует, наполняя наше существование смыслом, как бутыль наполняют добрым вином.

Как нагарную чугунную сковороду наполняют пряной жареной картошкой. Солдат чувствовал, что это нечто, конечно же, выше, легче и прекрасней, чем жареная картошка, но в голове у него других образов не родилось.