Сказки из архивов города Оденсе

Идёт, осматривается и видит, что комната пуста: ни тебе холмов, ни тебе золота, только серый туман цвета мыши клубится, покрывая пол и стены…

Ну, хорошо, хоть серебро осталось в рюкзаке. Посадил он собаку опять на сундук…

5. Развязка

…потом захлопнул дверь, и закричал наверх:

– Тащи меня, старая ведьма!

– Ты взял огниво? – спросила женщина.

– Ах правда, чуть не забыл! – сказал солдат, пошёл и взял огниво.

Женщина вытащила его наверх, и он опять очутился на дороге, с набитым серебром ранцем.

– Зачем тебе это огниво? – спросил солдат.

– Не твоё дело! – ответила женщина. – Ты ведь получил деньги! Отдай же мне огниво!

– Как бы не так! – сказал солдат. – Сейчас говори, зачем тебе оно, не то я вытащу саблю да срублю тебе голову.

– Не скажу! – упёрлась та.

Тогда солдат вытащил саблю. Женщина взвизгнула и припустила вокруг дерева, а солдат за ней. Бегали они так минут десять – то вперёд, то назад, пока, наконец солдат не оступился, да не ударился со всего размаху головой о камень.

Тут-то ему и конец пришёл: перелом основания черепа случился. И поделом ему, противный этот солдат оказался – всё ему старая женщина «ведьма», да «ведьма», а она, может, просто некрасивая. Да и надуть он её решил – огниво забрать хотел.

В общем, тут и сказке конец.

Маленький Клаус и Большой Клаус

К чему эти эвфемизмы?

В одной деревне жили два человека; обоих звали Клаусами, но у одного было четыре лошади, а у другого только одна; так вот, чтобы различить их, и стали звать того, у которого было четыре лошади, Большой Клаус, а того, у которого одна, Маленький Клаус.

Послушаем-ка теперь, что с ними случилось; ведь это целая история!

Всю неделю, как есть, должен был Маленький Клаус пахать на своей лошадке поле Большого Клауса. Зато тот давал ему своих четырёх, но только раз в неделю, по воскресеньям.

А надо сказать, что Большой Клаус имел неприятную особенность в воскресенье напиваться в хлам.

Большой Клаус обычно пил всю неделю, но поскольку на неделе нужно было работать, он стоял на ногах. Но как только приходило воскресенье, тут уж Большого Клауса было не удержать! Выставлял он перед собой двадцать две бутылки картофельного шнапса и выпивал их за раз.

А Маленький Клаус в воскресенье пахал. Ух ты, как звонко щёлкал кнутом Маленький Клаус над всей пятёркой, – сегодня ведь все лошадки были будто его собственные.