Удивительное рядом

– Дьявольщина какая-то, – прошептал он и вновь полез на дуб. Перепроверил измерения, которые не расходились с первоначальными. С помощью цифрового фотоаппарата он сделал поэтапные снимки по всей длине оврага. Азарт всё же переборол страх и сомнения.

– Мы тоже не лыком сшиты. И у меня есть кое-что из снаряжения альпинистов. – Федя развязал рюкзак и стал доставать по очереди длинный трос, ремень безопасности, клапаны, замки, манатки. – А дуб тут очень кстати вырос.

Он обвязал его тросом, закрепил. Сам надел страховочный пояс, всё тщательно проверил, закинул рюкзак с аппаратурой за спину и поцеловал нательный крестик.

– Ну, с Богом! – и начал страшное путешествие на дно Дьявольского оврага. Чем ниже он спускался, тем темнее становилось вокруг. Пришлось включить фонарик, что был закреплён на бейсболке. Стенки оврага и впрямь напоминали рукотворные: прямые, словно оштукатуренные. На них совсем, ну или почти совсем, отсутствовала растительность. Спустившись на почтительное расстояние, Федя заметил справа от себя вход в пещеру.

Пришлось раскачиваться, чтобы зацепиться руками за её край. Федя заглянул в её недра, и его едва не вырвало. Запах оттуда шел просто ужасный, тошнотворный, словно от гниющей плоти. Луч фонарика скользнул по стенкам пещеры, и с визгом оттуда вылетела стая летучих мышей, громко хлопая крыльями. Больше от неожиданности, чем от страха, Федя опустил руки и, широко раскачиваясь, стал стремительно опускаться на дно. Но он всё же достаточно быстро сориентировался, приостановил снаряжением стремительное падение и перевёл дух.

– Хорошо, что аппаратуру крепко закрепил.

До дна оврага оставалось всего несколько метров, и Федя преодолел их без приключений, если не считать того, что обжёгся крапивой и нацепил репьёв, некоторые из которых достигали размеров с кулак боксёра-тяжеловеса.

– Ни фига себе, – присвистнул от удивления Гончар и тут же приступил к измерениям. Радиоактивный фон превышал норму в несколько раз. Стрелка компаса крутилась без устали.

Заодно Федя измерил себе пульс и кровяное давление. Набрал из ручья в бутылку ледяной воды, выкопал дёрн и сделал несколько фотоснимков.

Подъём оказался намного тяжелее спуска и занял времени в два раза больше. Наконец-то достиг края оврага, отстегнул рюкзак и закинул его. И тут появилась чья-то голова и рука.

– Давай, помогу, – голос был мягкий, сочный, грудной.

Наконец-то Федя вылез на свет божий и, жмурясь от яркого солнечного света, огляделся.