Кормление облаков. Стихи

Что еще придумает вечность ради

укрепления собственной власти?

Две-три ноты, «поклянись, что не бросишь»,

несколько слогов позывных и пустые клятвы…

Все это пропой хрипло, как кричат журавли,

покидая протяжно, с тоской, покидая,

стягивая ткань синевы с плоти туч, забывая

о нас, забывая дыхание боли, смысл вообще.

Жизнь на Среднерусской равнине – это

поля перелески, овраги, лазурь,

просеки, рощи, ухабы, священные родники

и папоротник, похожий на орла,

падающего на мышь. Жизнь здесь всегда

растила печаль на скудных почвах.

Круговорот печали и бездействия

дает урожай тоски и небесной лазури

с тонущим в ней жаворонком. Двадцатый

век, как сказал бы Блаженный Августин,

это только долгая полоса беспомощности Бога.

Как же вымолвить слово против?

Плоть первая отринет мир, душа за ней.

Какая выдумка эта Вселенная, зачем она,

если не для человека, если без него, а не без Бога,

возможно все. Иначе – что такое Мамаев курган:

миллион погибших, воплотившихся в молчание.

О войне мы знаем только со слов выживших.

Самое страшное – вот это молчание

большинства. Сгущенная жгучая, как

капля солнца,

тишина, вытолкнутая диафрагмами всех погибших

вместе с последним вздохом. Самолет

взлетает. Половинка розовой луны в луже

перистых облаков, зажженных закатом.

Кончики крыльев подрагивают, как чаячье перо,

выпавшее из строя. Что ждет нас за горизонтом?

В туманной плоти созвездий,

в присутствии незримой

молчащей массы вселенной, способной скрутить

в рог мириады млечных путей и распрямить.

Представьте, что перед вами Джомолунгма, вы

протягиваете к ней руку, и рука входит

в массу горы, как пуля в мыльный пузырь.

Точно так же мы поступаем с Богом.

Так отчего же не допустить, что в жизни

нечто бесконечно весомое и незримое,

сложное до бессмысленности и в то же время

смертельно понятное – притягивает к нам

события, милость, прощение,

наваливается и растирает в прах?

В конце концов, почему звезды

не могут быть ангелами? Почему звезда,

являясь раскаленным, сложно устроенным,

наподобие мозга, сгустком текучих энергий,

не способна мыслить? Сколько путеводных

утешений было послано нам звездным небом!

Падучая звезда иногда сообщает о жизни больше,

чем сама жизнь.

Семейный альбом, кляссер с марками —

правдивей учебников истории. Особенно, когда

смотришь в глаза молчанию.