Три года странствий. Избранное 2014—2016

И тогда я сгоряча

На ветру её развеял.

Только всё же нету слёз,

Ведь её в безумном беге

В мир фантазии своей

Я успел забрать навеки.

    14 августа 2014

Со мной

Как в один из дождливых цветных вечеров

В этом маленьком храме с названьем Любовь

Одной каплею крови и цепью одной

Тебя высшие силы связали со мной.

Обещали мы оба себя не терять,

Верить свято, друг друга в беде не бросать,

Чтобы ты не с другим, чтобы я не с другой,

Чтоб я только с тобой, чтоб ты только со мной.

Если вдруг сатана нам объявит войну

И под песни хвалебные Судному дню

Богоматерь по маслу ударит слезой,

Ты всегда и везде оставайся со мной.

Мы начнём отступать, я прикрою тебя.

Мы в атаку пойдём, впереди буду я.

В один миг удивится и свой, и чужой,

Как сильны мы бываем, когда ты со мной.

Если вдруг мы погибнем в жестоком бою,

Люди добрые честь отдадут нам свою

И зароют нас, как в мавзолей, в шар земной,

Но тебе не видать там разлуки со мной.

То лишь тело гниёт, а в раю смерти нет.

Через пять, через сто, через тысячу лет

Из анналов истории град золотой

Не сотрёт, как в любви прожила ты со мной.

    23 августа 2014

Опять двойка…

Снова и мне не до игр и смеха.

Снова дневник мой украсила двойка.

С улицы по лабиринту подъезда

Топаю я, словно нищий с помойки.

Вот показалась знакомая дверь.

Дрожащей рукой оживляю звонок.

Здравствуй, маманя! Здравствуй, сестра!

Будет мне снова тяжелый урок.

Я не учил ничего? Это ложь!

Всё тебе сразу же вынь да положь.

Я по дворам в этот день не ходил,

Только и знал, что сидел да зубрил.

Много в одной голове не уместишь.

Это пустяк, что я что-то не помню.

А шесть уроков – это не шутка!

Как же мне силы ума сэкономить?

Но, как и в прошлый раз, мне не поверят.

Счёт лишь веду я нещадным ударам.

Тихое, жалкое слово «простите»

Тонет, как раньше, в жестоком угаре.

В спальне своей одиноко сижу,

На потолок безнадёжно гляжу.

Есть не хочу, не зовите меня.

Вкусная каша – зачем мне она?

И, не найдя подходящего слова,

Стану сейчас, как японский чиновник,

Жёстко лупить по столу кулаками,

Громко кричать, заливаться слезами.

Нет! То не Родине я изменяю.

Вряд ли за двойку меня расстреляют.

Лучше я Богу сейчас помолюсь,

Сяду за стол да в книги уткнусь.