Чудны дела твои, Господи

А главное, удивляло то, что подходили простые африканцы и, без всякой очереди, всё это покупали.

Её спутники тоже были удивлены, но у Любы просто перехватило дыхание и зажало сердце. Стало трудно дышать.

Ей давали в гостинице какие-то лекарства, делали уколы.

Она плохо помнила, как летела на самолёте, как добиралась домой. Всё было, как в тумане.

Дома она слегла. Приходил врач, сестра делала уколы.

Но Любе ничего не помогало. Она не хотела бороться за жизнь. Она очень устала.

Соседи переживали за Любу и не оставляли её одну. Но лучше ей не становилось, и однажды ночью она умерла.

Хоронили Любу всем двором. Все женщины плакали навзрыд.

Многие годы потом матери рассказывали детям, какая удивительная женщина жила рядом с ними, и как они все любили её и любят до сих пор. И ещё о том, как она мечтала построить коммунизм.

Как-то незаметно, сначала по одной, а потом все женщины в коридоре стали мыть весь пол по очереди целиком. Сами собой почему-то прекратились ссоры.

А может быть стало немного легче жить.

А может быть просто по доброте русской души, которая умеет всё прощать.

Гений обыкновенный

Осенью 1988 года Ставропольский крайком КПСС распорядился снять с должности председателя Черкесского горисполкома Савельева Виктора Николаевича «За многочисленные нарушения законов о кооперации и индивидуальной трудовой деятельности». Так было написано в решении бюро крайкома.

О том, как сессия городского совета впервые со дня основания СССР ослушалась партию, да ещё и устроила оскорбительный разнос присутствующим представителям крайкома, нужно писать в отдельном повествовании. В нашем рассказе мы постараемся объяснить причину такой жестокой немилости высокого партийного начальства.

А произошло вот что…

…Житель города Черкесска Иван Иванович Аксёнов был инвалидом детства первой группы. Человеком его можно было считать только наполовину, потому что нижняя часть его тела представляла собой два тоненьких скрюченных полуметровых отростка, которые назвать ногами можно было, только обладая большой фантазией и добрым сердцем.

В свои тридцать лет он полностью зависел от матери, потому что без её забот он был совершенно беспомощным.

Во всём остальном Иван Иванович был нормальным, довольно приятным и добрым человеком, достаточно образованным и просвещённым.