Чудны дела твои, Господи

Саша посмотрел ей в глаза. И произошло то, что иногда происходит между людьми в 16 лет, когда все чувства живут ожиданием любви.

Что бы теперь ни делал Саша, о чём бы ни рассказывал, он всё время чувствовал её взгляд.

Они почти не общались, но между ними шёл постоянный диалог, где обоим всё было понятно.

Как-то, само собой случилось, что весь класс понял, что эти двое любят друг друга, и относились к этому, как к естественному и закономерному факту.

Однажды, уже в 10-м классе, так получилось, что Саша с Розой остались вдвоём убирать кабинет физики.

Она завела Сашу в спальню и стала раздеваться.

– Ничего не говори – остановила она Сашу.

Ты будешь моим первым и последним мужчиной в жизни.

После этого их всё время видели вместе.

Всех это радовало, потому что к обоим отношение было всегда хорошее.

Да и очень уж они подходили друг другу.

В отчаянии была только Сашина мама. Нет. Она никогда не была антисемиткой.

Но представить себе, как на рынке Розин отец Лёва-мясник, которого знал весь город, будет махать ей окровавленными руками и кричать:

– Сваха! А ну дуй сюда, я тебе тут уже отложил пару кусков – она не могла.

Это повергало её в ужас.

Да и Розина мама, Ида Соломоновна, говорливая заведующая обувным отделом универмага, тоже особого восторга не вызывала. Она не могла породниться с такими людьми, но что делать она не представляла.

Саша же просто не видел других девушек.

Но самое страшное для Елены Фёдоровны было то, что он не был влюблён в Розу.

Он её любил. Просто любил. Она уже была частью его жизни. А при его постоянном и несуетливом характере – это могло продолжаться всю жизнь, и это угнетало Елену Фёдоровну.

Влиять на Сашу она не могла. Во-первых, это было бесполезно, а во-вторых, в их семье это не было принято. Оставалось только уповать на чудо.

И как это может случиться только в жизни, такое чудо произошло.

Саша впервые привёл Розу на обед. Так сказать, на смотрины. И хотя Роза ещё не совсем оправилась после простуды, смотрелась она восхитительно.

А когда она села за рояль и спела что-то из репертуара Майи Кристалинской, все были просто в восторге. А её чуть простуженный голос и заложенный нос придавали какой-то особый шарм её пению.

За столом было тоже весело.

Саша с братом бесконечно шутили и все смеялись. Все, кроме Розы.