Попытка

Жизни мало, но она есть. Вглядевшись можно было заметить, странное копошение в прибрежной гальке и на крахмальном песке.

– Ну, все тогда можно идти? – Андрей потянул аппарат, за изящную палочку. Жужжание пронзило тишину пещеры. Пара мгновений и перед людьми опять лежал идеальный шар, отражающий своей мутностью утробу каменистой выбоины.

Брон поднялся неуклюже на свои ноги. Лысина поблескивала потом. Здесь было определенно жарко. Андрей убрал свой инструментарий в недра своей мешочной сумки. Книгу оставил при себе, как средство защиты от неприятностей и неожиданностей, какие могли бы поджидать их вне недр пещеры.

***

В мире бесконечного моря

Двое вышли из пещеры, ослепленные приторными лучами света, морщились, не имея возможности привыкнуть сразу. Гул моря снаружи был сильнее. Раскатисто волны набегали на каменистые обрушенные гроты. Вода вытесывали из камней свою архитектуру. Бледно-розоватое небо подернулось в какую-то схожую с морем лазурь: там нагонялись облака едва заметные, перистые бродящие на недоступной высоте.

Брон шагнул дальше. Гладкие камни затрещали под ногами человека, легкая пенка осталась на них. Очевидно, начинался отлив. Вода моря постепенно отступала назад, все больше и больше обнажая побережье. Андрею казалось при взгляде вдаль, что там горизонт сливается в одно неизмеримое пространство, где стихии неба и воды превращались в общую однородную синеватую гамму цветов.

– Эти съедобные, – констатировал старик, наклонясь над белой бесформенной массой какого-то существа.

Андрей потянулся рукой к сколькому подводному обитателю, чуть брезгливо схватил его и бросил в пищевой подсумок. Туда он складывал все то, что могло потом быть использовано в рационе.

– Пальчики оближешь, – восторгался Брон, хотя молодой его энтузиазма не испытывал.

– Ты бывал здесь раньше? – Андрей не мог не удивиться определенной осведомленности своего арендатора о МИРАХ.

Старик смолк, мгновение, посмотрев куда-то вдаль за горизонт, выдал ответ:

– Очень давно… – в голосе ощущались воспоминания о чем-то далеком и забытом.

Брон уже уплетал за щекой прибрежного моллюска. Нельзя сказать, что прошлые воспоминания тяжело сказывались на его теперешнем настроении. Он буднично собирал еду, попутно поглощая ее, морщась смешно беззубым ртом.

Конец ознакомительного фрагмента.