Романтика, 21

(Помутнение)

Им смерть всем расскажет покойную сказку

И вечность откроет секреты свои

На дне закопает песок белый, вязкий

Под тихие мерные моря стихи.

Откроются двери чудесного мира.

О море, о море! Ласкаясь водой

Ты будто в утробе нас держишь томимых

Младенцев во влаге влекомой, живой.

(Утро после бури)

Мертвый штиль стоит над морем.

Ветра не тревожит рок.

По его прозрачной кроне

Не проходит холодок.

В час спокойствия природы

Шхуны снасти не видны.

Спит пловец, упавший в воду.

Скалы спят и валуны.

    2004–2012 г.

Посвящение

Перевод И. B. Гете (Zueignung)

Стучалось утро по небесной кромке,

Светало в небе и спугнуло сон,

Да так легко, что из своей скорлупки

Бродить пошел я, миновав уклон.

Цветы поникли под росистой пленкой,

Я созерцал вокруг себя канон:

Чудесный день возвысился бескрайним,

Я упивался счастьем несказанным.

И лишь я встал – поднялся над долиной

Туман и, разрастаясь над землей,

Он словно плыл над пеленой пустынной

И вырос прямо вдруг передо мной.

И тень тумана ровной половиной

Легла и заслонила все собой.

Едва границы света различая,

Я все искал за сумраком начало.

Когда же свет подкрался, то, белея,

Сверкали небеса, спадая вниз,

Туман качался, замирал на время,

Над лесом и над склонами повис.

Я полный трепета смотрел и все яснее

Он становился, первозданно чист.

Поникли в воздухе таинственные знаки

И свет укрылся и погас во мраке…

Тот образ, незаметно появляясь,

В каком-то дыме явственно предстал,

В моих глазах виденье трепыхалось,

Поскольку он, казалось, что сиял…

Дух женщины, с землей соприкасаясь,

Меня решительно к себе позвал —

Едва ли чудо раз бывает в жизни,

Но этот миг к подобному причислен.

«Ты узнаешь…? – она спросила с грустью,

Спокойный голос, снизойдя, притих —

Давно твои печали тяжким грузом

Мне выпадало за тобой нести.

Порой, идя к покою и к союзу,

Твои стремления не ведали пути.

И мне ль не помнить: с горькими слезами

Ты, как ребенок, звал меня ночами…»

«О, да – воскликнул я – всегда спокоен,

Я чувствовал, как ты меня вела,

Когда я был несчастен или болен,

Ты мне покой душевный берегла.

Мой всякий грех тобою же отмолен,

Со мной ты вечно будешь, есть, была.