Нецелованные

Не жди взаимности ни от зверей, ни от людей, терпеливо делай своё дело изо дня в день, из года в год – вот доблесть, достойная древних. И строились для голодающих птиц социальные кафешки под открытым небом, где кедры становились официантами и получали на кормушки-подносы чаевые в виде помёта соек и фазанов. И возводились для недоедающих жвачных крытые столовки, в которых подавались разнотравные сухпайки, посыпанные серо-белыми лизунцовыми комками. И закатывались в зимние берлоги бочонки c щедрыми пчелиными взятками, чтобы у таёжных хозяев, взявших на лапу после пробуждения, не случилось весеннего обострения.

У мальчиков всё шло гладко. Скоро они должны были разбрестись по участку, как грибники, и начать проверку силков, ловушек и капканов с мёртвыми и живыми зверьками, укутанными в несбыточные грёзы женщин северных широт. В ребятах пробудился охотничий азарт. Сердцебиения участились. Дыхания спёрлись. В глотках пересохло. Мальчики заоблизывались, и их губы стали трескаться и кровоточить, как лёд под ливонскими рыцарями в сорок втором тыща двести.

Азарт приглушил инстинкт самосохранения. Если нижние ярусы тайги ребята ещё хоть как-то контролировали, то верхние стали игнорировать. Это была роскошь, позволительная степнякам, имеющим дело только с первым этажом природы. Степнякам – да, но никак не таёжникам. Кто не знал – сибирские леса подметают небо. Кто забыл – вечнозелёные макушки венчают не игрушечные, а настоящие звёзды.

Две грациозных рыси, – ушные кисточки которых, казалось, были просто созданы для того, чтобы перед эфиром ласкать лики телеведущих, – передвигались по ветвяным мостам густой тайги.

Размеры кошек поражали. Львы? Холодно. Тигры? Теплее. Барсы? Горячо. Природа удостоила рысью чету высокой чести – первой водрузить флаг на вершине эволюции своего вида.

Хищники создали пару на время гона и охотились вместе уже около недели. Самка была знакома с человеком – точнее с его прямоходящим летним вариантом, малопривлекательным для нападения сверху.

А вот зимняя версия людей в плане охоты устраивала кошку вполне. Её любовника тоже. Спины идущих лыжников так аппетитно сгибались, представляли собой такие хорошие площадки для приземления, что просто нельзя было не прельститься. Вдобавок к этому спортивная горбатость визуально уменьшала мальчиков, что немаловажно для хищников средних размеров. В общем, дичь приняла решение десантироваться на потерявших бдительность охотников.