Шартрёз. Повесть

– Из-за кого?!

– Да нет, ничего… чтоб эпиграммы разбирать…

– А я только бонжур, мерси, мадам, ну и ещё: же не манж па сис жур, – мимоходом сказал мышластый, думая о другом.

– Вот такое дело, Андрюша. Я сам не знаю или не хочу знать, в чём состоит работа, – заговорил вдруг совсем по-другому – жёстко и деловито – мышластый. – Моё дело – найти для моего шефа человека, который говорит по-французски. И который согласился бы съездить во Францию. Срок – поездки – уточнит для тебя шеф. Кстати, загранпаспорт есть у тебя?

– Нет.

– Ну да, откудова у вас, бедных французов, деньги, – не отказал себе в удовольствии поиграть лицом мышластый.

Он вышел позвонить, а Андрей спросил доцента:

– Разве трудно сегодня найти человека, который говорит по-французски? Почему именно я?

– Ну так и радуйся, что именно ты! – успокоил его доцент. – С тебя сувенир из Франции.

– Так, господа, едем-с в Питер, оденься поприличнее что-ли, – быстро осмотрел одежду Андрея мышластый. К большому человеку тебя везу.

II

На Мойке, в центре Питера, они остановились возле освещённого подъезда. То ли офис, то ли жильё – понять было невозможно. Камеры слежения, охрана на улице. Два телохранителя выглянули из двери – подкачанные, в костюмах, одинаковые на лицо.

«Двое из ларца, – подумал Андрей. – А кто в ларце? Или что? Такое богатое и опасное? А вдруг меня убьют сейчас? Тайну мне откроют, а потом поймут, что я им не подхожу?»

– Выходи, приехали, – открыл дверь мышластый.

Его ввели в дом и поставили перед дверью.

«Дар напрасный, дар случайный,

Жизнь, зачем ты мне дана.»

Повторил раз пять, пока дверь отворилась.

– Иди, – легко толкнул его в спину мышластый.

В огромном кабинете сидела за старинным бюро женщина. Пока Андрей шёл до кресла, приставленного к её столу, она внимательно рассматривала его.

«Совсем другая жизнь, другое измерение», – не подумал, а почувствовал Андрей, увидев вдруг свои застиранные коротковатые брюки и дерматиновые утюгообразные ботинки, ужаснувшие его реальностью своего существования.

– Здравствуйте, – кивнул он.

– Садись, – разрешила она.

Андрей опустился в кресло напротив неё с обречённым видом. Его пугала скорость, с которой собиралась перемениться его жизнь – работа, деньги, Франция… Зачем?

Вблизи она была старше, чем издали. Лет сорок. Царица. Красоты русской, тёплой, манящей, опасной.