Старые тетради

– Нам надо серьезно поговорить.

– Хорошо. – Легко пошла на контакт девушка, замечая, что Артем, наконец-то, сбросил с себя маску донжуана. Самоуверенность и высокомерие испарились бесследно.

– Может, пойдем ко мне?! – несмело предложил Артем. – Нам там никто не помешает.

Надя перестала танцевать и внимательно посмотрела на него.

– Лучше ко мне. – Сказала она, и, не дожидаясь согласия, подхватила его за локоть и повела к выходу. Тусовка проводила их одобрительным гулом.

Как они дошли до ее дома, Артем и не помнил.

Окружающий мир с его запахами, цветом, населением, перестал существовать в одночасье. Осталось лишь чувство счастья от того, что Надя идет рядом. И лишь, когда она открыла дверь квартиры, он «вернулся на грешную землю».

– Проходи.

В прихожей, едва сняв с себя куртку, Артем попытался обнять девушку, но она ловко ускользнула от его настырных рук и прошла в комнату. Тема поспешил за ней, но, едва переступив порог, остановился. В комнате находились, как он тут же сообразил, ее родители.

И Надя подтв6ердила его догадку:

– Познакомьтесь. Это Артем, а это мои родители.

– Очень приятно, – промямлил Тема.

Повисло минутное замешательство, которое нарушила мать Нади:

– Ой, что это мы? У нас же гости. Пойдем, Надежда, на стол соберем. – И она увела дочь на кухню.

– А мы, пожалуй, покурим. – Отец девушки жестом пригласил Тему пройти на балкон, где они и закурили. В полном молчании смотрели на картины ночного города. Мужчина, словно понимал состояние парня, и давал ему время прийти в себя.

А может, и самому это время было крайне необходимо по той же причине.

– Вот и повзрослела моя девочка, – нарушил молчание мужчина. – Влюбилась, надолго и всерьез. – В голосе слышались отчетливые нотки грусти. – Уговор у нас с ней был: не знакомить нас со своими мимолетными увлечениями.

Артем предпочел промолчать, ибо и не знал, что ответить. Он еще ни разу не попадал в столь щекотливое положение. Он и сам никогда не приводил девчонок в родительскую квартиру.

Но в последнее время слишком много из его принципов развалились, обращаясь в прах. И утрата еще одного – уже не расстраивало.

На балкон вышла Надя:

– Пап, тебя там мама просит помочь. – И, оставшись наедине с Темой, она сказала. – Вот теперь можно и поговорить.

Взгляды были намного красноречивей потока слов, и все же Артем усилил молчаливое признание:

– Я еще никогда, и никому не говорил этих слов.