Никто. Повесть

– Почему мы должны питаться этой дрянью?

Девушка внезапно подскочила, опрокинув не успевший отпрыгнуть от неё стул, зло цапнула со стола телефон и, продолжая с ненавистью смотреть на Клерка, процедила сквозь стиснутые зубы:

– Не можешь обеспечить семью, ищи вторую работу… лузер.

Резко крутанувшись на месте, она хлестнула Клерка волосами по лицу и, бормоча проклятия, скрылась в дверном проёме. Мальчишка, не отрываясь от своего комикса, поднялся из-за стола и, не обращая внимания на отца, молча удалился.

Клерк сидел недвижно, опустив взгляд перед собой. В его груди не было обиды, не было злости. Ничего. Только пустота. Безразличие ко всему. Он поднялся, собрал со стола посуду и, сложив её в мойку, принялся оттирать с неё остатки пищи, пока та не успела засохнуть. Внезапная мысль согрела его холодное сердце предвкушением скорого удовольствия.

Поспешно закончив с посудой, Клерк быстрым шагом направился в спальню. С ходу рухнув на стул, он в нетерпении ткнул в расположенную на блоке кнопку и уставился в монитор, барабаня костяшками пальцев по столу.

Тишина комнаты наполнилась тихим уютным жужжанием кулера. Монитор, проснувшись, приветливо моргнул и высветил заставку с бегающей полосой загрузки. Клерк ждал. Чем дольше крутилась полоска, тем нетерпеливее становилась барабанная дробь. Наконец слух мужчины залило звуком, отозвавшимся в груди приятным теплом. Клерк, порхая по клавишам, набрал пароль и не дав системе как следует загрузиться, дважды щёлкнул по ярлыку, разворачивая браузер. Окно услужливо открылось на титульной странице социальной сети.

Несколько часов к ряду, совсем позабыв об усталости и неприятностях, Клерк перебрасывался короткими предложениями с людьми, которых никогда не видел и которым его судьба, по сути, была совершенно неинтересна. Это, однако, не мешало им считать и считаться друзьями Клерка, способными, впрочем, разве что на лживое притворство и неискреннее сочувствие. Но мужчине, давно уже утратившему способность общаться с людьми реальными, этого было более чем достаточно.

Так, в пустых разговорах и за просмотром посредственных фотографий с нелепыми подписями, выполненными с претензией на юмор, время перевалило за полночь.

Сперва, сам не осознавая отчего, Клерк повернул голову в сторону зиявшего пустотой проёма. В тишине погрузившейся в сон квартиры, раздались тихие щелчки открывающегося замка. Сердце Клерка тут же рухнуло в бездну.