Такой я была

– Ты о чем?

– Это же только начало – я и Камерон. Дальше мы познакомимся поближе, и… – Она не договаривает, мечтательно глядя в пустоту. И я понимаю, что сейчас Мара уже не со мной – погрузилась в свои неуемные фантазии. – Да, – она снова поворачивается ко мне и смотрит на меня широко раскрытыми глазами. – Теперь, когда мы все в книжном клубе, мы сможем познакомиться с ним поближе. Сначала просто станем друзьями. Говорят, что сначала лучше подружиться. А потом…

Я перестаю ее слушать, потому что знаю: она часами может планировать, что будет дальше.

– Ты заметила, как он на меня смотрел? Заметила? – спрашивает подруга.

Иногда я задумываюсь, что у нее творится в голове. Вот мисс Салливан и Стивен – они-то соображают. Вроде бы Мара тоже, но иногда мы с ней как будто говорим на разных языках. Как сейчас.

– Может, покрасить волосы в синий цвет? – спрашивает она в завершение монолога, длившегося почти всю дорогу домой.

– Что? Мара, нет!

– Хотела проверить, слушаешь ли ты.

– Прости.

Я слушаю, – лгу я. Мы стоим под знаком «стоп» на углу моей улицы. Здесь мы обычно расходимся. Мне прямо. Ей налево. Вот только сегодня я не могу заставить себя двигаться в направлении дома. Ноги словно увязли в зыбучих песках. Мара стоит, смотрит на меня и, кажется, читает мои мысли. Видит, что что-то не так.

– Хочешь зайти ко мне? – спрашивает она. – Мама сегодня будет поздно.

Я киваю, и мы сворачиваем на ее улицу.

– Ладно, краситься в синий я не буду, – подруга улыбается, – но стану носить линзы.

Я уже папу уломала. На следующей неделе идем к окулисту.

– Здорово, – отвечаю я, а сама поправляю очки на переносице.

По пути к Маре мы проходим мимо его дома. Дома Кевина. Сейчас его там нет, но это неважно. Когда мы подходим ближе, чувствую, что у меня подкашиваются ноги. Я вдруг начинаю ненавидеть свой район, презирать его; мне становится противно, что все мы так близко друг к другу и наши жизни так плотно переплетены.

Мы приближаемся к дому Кевина, и я вижу Аманду.

Его сестру. Мне всегда казалось, что она намного моложе меня: я воспринимала ее как маленькую девочку. Но сейчас смотрю на нее и понимаю, что не такая уж она и маленькая. Она всего на класс нас младше. В детстве мы много играли, а потом, в шестом классе, к нам переехала Мара и стала моей лучшей подругой вместо нее. Рядом с Амандой ее младшая сестренка и еще какой-то малыш, наверное, соседский: укутанные в комбинезоны, они барахтаются в снегу.