Гори – и не сгорай. Рассказы о первой любви

Чуть дышит, глаза большие, рот раскрыла, будто задыхается. И в глазах – ужас. Денис тоже – весь белый.

И мне тоже не по себе. И за Таню неспокойно, и за себя.

Ничего. Галина Ивановна поначалу ничего не заметила. Но мы-то забыли про землю, которую Таня насыпала ей на кресло. Она села. И опять ничего. Но потом все-таки почувствовала. Земля была мокрая. Видно, ей почудилось, что она села в лужу. И она встала.

Думаете, Галина Ивановна вышла из себя? Нет. С ней такого не могло быть. Она просто надела очки и внимательно рассмотрела, что это там у нее на кресле.

Потом повернулась к нам и как будто задумалась. А мы уже чуть не под парты готовы залезть от страха.

И говорит – обычным своим голосом:

– Танюша Иванова, скажи, пожалуйста, деточка, кто это насыпал сюда землю?

Я уже говорил, что Таня была лучшая ученица класса. И больше всех боялась учительницу. Вот она прямо к ней и обратилась.

А Таня ничего и выговорить не может: встала и молчит – только рот раскрывает, как рыба на песке.

А Галина Ивановна еще подумала и догадалась – она умная, недаром заслуженная учительница:

– А откуда же у вас земля? Вы, наверное, горшок с цветком разбили?

Посмотрела: так и есть – на одном подоконнике не хватает горшка.

У Галины Ивановны голосок тоненький, как свистулька. Тут он стал совсем тоненьким:

– Кто же это разбил горшок? Танюша Иванова, ты не знаешь, деточка, кто разбил горшок?

Тут, смотрим, Таня неверными шагами направилась прямо к Галине Ивановне. Я ужасно испугался – сам не знаю, чего: не съест же она Таню в самом деле, как жаба муху! Подошла Таня к ней и что-то ей зашептала на ухо.

А Галина Ивановна опять подумала и говорит:

– Деточки! Положите все руки на парты.

Мы положили. Она очень медленно прошла и всех осмотрела. А у нас-то с Любой руки в земле. А у Тани чистенькие: она их успела вымыть.

И опять Галина Ивановна ничего не сказала. Ведет себе урок. И мы пишем себе, пишем, и стали уже обо всем забывать.

Но после уроков Галина Ивановна нас с Любой оставила. Вызвала по телефону наших родителей. И что-то им там говорила.

Потом моя мама купила для нашего кабинета какой-то сверхроскошный цветок. Но самое главное – нам с Любой пришлось целый месяц каждый день поливать все цветы в классе. Любе это, по-моему, даже нравилось. А я с тех пор не выношу цветов в горшках. У меня в комнате нет ни одного цветка.